WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |

«Сессия 4 Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы Антипьев А. Г., Пермь Социальные проблемы информационной ...»

-- [ Страница 1 ] --

IV Очередной Всероссийский социологический конгресс

Социология и общество:

глобальные вызовы и региональное развитие

Сессия 4

Социальные

коммуникации:

новые смыслы,

новые формы

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

Антипьев А. Г., Пермь

Социальные проблемы

информационной безопасности личности

в современном обществе

Аннотация В статье рассмотрены социальные проблемы информационной безопасности личности, раскрыты позитивные и негативные последствия информатизации общества, выделены виды компьютерных преступлений.



Ключевые слова: информационная безопасность личности, информационные технологии, информационная преступность Отличительной особенностью современного этапа развития общества является все большая его информатизация. Начавшись в 70-х годах XX в., процесс информатизации общества в последние годы приобрел глобальный характер. В настоящее время этот процесс охватил не только все развитые страны мирового сообщества, но и многие развивающиеся страны. Под влиянием информатизации происходят кардинальные изменения во всех сферах повседневной жизни и профессиональной деятельности людей: в экономике, политике, науке, образовании, культуре, бытовой сфере. Информатизация влияет на стиль, образ жизни и поведение индивидов. Эти изменения столь масштабны и глубоки, а их влияние на жизнедеятельность общества столь значительно, что можно вполне обосновано утверждать о формировании на нашей планете принципиально новой информационной среды обитания – автоматизированной инфосферы.

В силу этого, человек, все в большей степени зависит от массовой коммуникации, которая создает для него своего рода «вторую реальность», «виртуальную», «субъективную реальность», влияние которой в ряде случаев не менее значимо, чем влияние объективной реальности, что делает весьма актуальной проблему информационной социализации и защиты личности.

Бурное развитие информационных технологий несет в себе как позитивные, так и негативные последствия.

Исследователи, изучающие взаимодействия человеческого организма с окружающей средой отмечают, что человек становится все более не приспособленным к изменениям в социально-экономической и политической жизни попадая в зависимость виртуальной среды, индивид притупляет Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы свои защитные функции. Рост информационно емкого поля современной жизни требует от человека высокой культуры оперирования информацией, хорошего знания реального положения дел по тому или иному вопросу, основательной психологической подготовки Необходимо иметь в виду, что информационный поток в повседневном обиходе человека часто переполняются лишними «шумами», процесс восприятия информации притупляется, что может приводить к ошибочным выводам индивидуального сознания, требующего от человека объективного отражения действительности. Последствия такого восприятия приводят к ложным решениям в сфере человеческой деятельности. В силу этого в наши дни проявляется повышенный интерес широких кругов специалистов к информационной безопасности личности. Хорошо известно, что сама проблема информационной безопасности не нова. Но до последнего времени она преимущественно трактовалась специалистами как комплекс задач, связанный с безопасным режимом функционирования компьютерных систем и сетей. Успехи информатизации общества требовали внедрения не только средств технической защиты информации, но и технологии правового регулирования социальных процессов общества, социокультурного подхода к проблемам информационной безопасности.

Реальность современной России создала для гражданина чрезвычайно широкий и многообразный спектр опасностей и угроз, которые в значительной степени имеют информационную природу, либо воздействуют на человека через информационные каналы [1].

Обеспечение информационной безопасности личности означает ее право на получение объективной и оперативной информации и предполагает, что полученная человеком из разных источников информация не препятствует свободному формированию и развитию его личности [2].

Пока это право личности далеко не реализовано.

Проблемы информационной безопасности из чисто специальной области переходят в область социально-гуманитарную область защиты прав и свобод человека и общества [3].

Стремительное развитие процесса информатизации общества и его распространение практически на все сферы жизни и деятельности людей создает объективные условия для проявления нового вида правонарушений – информационной преступности [4,с.295].





Информационная преступность – противоправные действия в информационной сфере, нарушающие установленные законом права личности, организации или государства и наносящие им моральный или материальный ущерб [5].

Особое место среди информационных преступлений занимают так называемые «компьютерные преступления», которые связаны с использованием тех новых возможностей по доступу к информации, которые предоставляют пользователям современные информационно-телекоммуни-кационные сети и системы.

Наиболее типичными целями компьютерных преступле ний являются:

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

 хищение средств из автоматизированных денежных фондов путем подделки счетов и платежных ведомостей, совершения покупок с их фиктивной оплатой, перечисление денег на фиктивные счета;

 кража информации из баз данных и компьютерных программ;

 преднамеренное искажение хранящейся в системе или передаваемой ею информации;

 нарушение нормального функционирования информационнотелекоммуникационных систем, включая их физическое повреждение и уничтожение [4, с.301]. Сегодня – это реальные проблемы. При этом острота их усиливается, в том числе в сфере политики, в борьбе за власть.

Решение этих и других социальных проблем возможно только на путях системного комплексного к ним подхода.

Библиографический список

1. Бричевский Е.В. Информационно-аналитический электронный журнал. Социальная безопасность: проблемы информационного и организационного обеспечения. URL: http://www.fact/ru/www/arhiv5s2/ntm.

2. Соколова И.В. Социальная информатика и социология: проблемы и перспективы взаимосвязи. URL: http://infosphere.narod.ru/files/ monografy/socolova/chap2/html.

3. Букреев И.Н. Социальные аспекты информационной безопасности.

URL: http://emag.iis.ru/arc/infosoc/emag.nsf/BPA/701a67249b9d9a85c3 256968001d39a.

4. Колин К.К. Социальная информатика:учебное пособие для вузов. – М.:

Академический проект;М.:Фонд «Мир»,2003.С.295.

5. Словарь понятий и определений прикладной информатики. URL:

http://www/nbuv/gov/ua/libdoc/01nsaopi.htm.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы Баринов Д.

Н., Смоленск Диалог в условиях социальных взаимодействий

–  –  –

Ключевые слова: диалог, социальные коммуникации, социальные интеракции, повседневность, противоречия общественной жизни Удовлетворение потребностей индивидов осуществляется через статусно-ролевую структуру и систему общественных отношений. Действуя в рамках сложившейся системы общественных отношений, индивид подчиняется предписаниям социального порядка, а его действия и взаимодействия с другими членами общества приобретают нормативный характер. В результате регулярности и повторяемости в рамках существующей системы общественных отношений социальные интеракции становятся чем-то само собой разумеющимся, привычным, «непроблематичным» (П.

Бергер и Т. Лукман). Так формируется повседневная рутина социальных взаимодействий, дающая человеку уверенность в завтрашнем дне, «чувство онтологической безопасности» (Э. Гидденс).

Одно исследований повседневности, обобщающее различные подходы к этому феномену, принадлежит Т.А. Касавину и С.П. Щавелеву.

В качестве важнейших характеристик повседневности авторы выделяют повторяемость, консерватизм, устойчивость обыденных форм жизнедеятельности. Повседневное воспринимается как «нечто привычное, обычное, хорошо знакомое, традиционное, ожидаемое (то ли близкое, родное, «теплое», то ли «охладевшее», даже «замерзшее» – надоевшее, примелькавшееся до безразличия, а то и раздражения, скуки, уныния)»[1, с. 17].

Повседневное для обыденного сознания выступает как легко узнаваемое

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

и понятное, а потому «совершаемое полу- или даже вовсе бессознательно, на уровне автоматизированного навыка, стереотипа сознания или же ситуации догадки»[1, с. 18].

Разрушение повседневности характеризуется неопределенностью, хаотичностью, и, следовательно, «эмоционально-волевой напряженностью» [1, с. 19-20]. Неповседневные ситуации, проявления спонтанностихийной активности представляют собой нечто из ряда вон выходящее, нечто нестандартное, непривычное, неожиданное, разрушающее привычный образ реальности, они противоположны обыденной жизни и нарушают ее равновесие. Такие ситуации порождают удивление, тревогу, гнев, растерянность, поскольку угрожают стабильности привычных социальных интеракций.

Это было продемонстрировано Г. Гарфинкелем в ходе «кризисных экспериментов». Они также показали, что индивиды стремятся к восстановлению предсказуемой рутины социальных интеракций. Первой их реакцией является попытка выяснить, что происходит с тем, чьи действия не соответствуют ожиданиям. Родители студентов, которые по заданию Г.

Гарфинкеля должны были вести себя как квартиранты в собственных квартирах, «изо всех сил старались понять, что происходит, и вернуть ситуацию в привычное русло» [2, с. 58].

Как полагал А. Шюц, погруженный в повседневность человек не заинтересован в рациональном понимании законов общественной жизни, в том числе социальных интеракций. Человек будет удовлетворен скорее юмовским пониманием причинно-следственных отношений, характерных для повседневной жизни. К анализу своего поведения и действий других индивидов человек прибегает в том случае, если в ходе социального взаимодействия сталкивается с чем-то непредсказуемым, с чем-то, нарушающим привычный порядок. «Люди останавливаются и размышляют только тогда, когда прерывается цепь действий и разрыв (disjunction) создает проблему, вынуждающую их остановиться и репетировать альтернативные пути – поверх, вокруг или через, которые предлагает их прошлый опыт столкновения с проблемой»[3, с. 177].

В этот момент и возникает потребность в диалоге, потребность в понимании происходящего, в проникновении в скрытые от повседневных интеракций мотивы и чувства других индивидов.

Однако, такое утверждение может вызвать возражение, поскольку социальные интеракции не чужды диалогичности. Как справедливо отмечал Л.П. Якубинский, социальное взаимодействие по своему содержанию является диалогичным. Л.П. Якубинский выделил ряд признаков, характеризующих диалогическую речь в условиях бытового общения. Это шаблонизация речи, неполнота высказывания, сокращение слов и букв, речевой автоматизм [4].

Перечисленные признаки указывают на сходство диалогической речи с повседневными интеракциями, которые включают фоновые знания и ожидания, не актуализированные участниками взаимодействия. Необходимо обратить внимание на то, что подобная точка зрения на коммуникацию

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

в условиях повседневных взаимодействий встречается и у социологов. Так, Э. Гидденс пишет: «Свободный» или небрежный характер повседневной речи, или того, что представляется таковым по сравнению с идеализированной моделью, в действительности является ее родовым свойством, обнаруживающим себя в социальной практике… В процессе повседневного взаимодействия нормативные элементы, вовлеченные в речевое общение во имя «грамотного речеобразования», почти никогда не являются основным побудительным стимулом участников. Скорее, речь насыщена практическими потребностями рутины социальной жизни» [5, с. 166].

Таким образом, повседневное взаимодействие и коммуникация невозможна без диалогической речи, которая является информационно насыщенной, несмотря на то, что многое подразумевается и предполагается как само собой разумеющееся. Но подобная диалогическая речь не тождественна диалогу как форме со-бытия, скрытого за конвенциональными формами статусно-ролевого взаимодействия. Поэтому целесообразно различать диалогическое общение как компонент повседневных взаимодействий и диалог как способ глубокого познания и понимания другого, диалог в его экзистенциалистской трактовке.

В последнем значении диалог выступает средством преодоления кризисной ситуации и восстановления стабильности общественной жизни.

Именно в кризисных ситуациях возникает потребность в «разговоре»

(Г. Гадамер). Порождаемый неким из ряда вон выходящим событием диалог делает возможной духовную близость, со-бытие, противоположное типизациям на уровне повседневной рациональности, характерным для обыденных практик. «Разговором для нас было нечто такое, что потом оставило в нас какой-то след. Разговор не потому стал разговором, что мы узнаем что-то новое, нет, с нами приключилось нечто такое, с чем мы не встречались еще в собственном опыте жизни… Разговор, если он удался, оставляет что-то нам, он оставляет что-то в нас, и это «что-то» изменяет нас. Так что разговор – в непосредственной близости к дружбе. Только в разговоре друзья могут найти друг друга – хорошо еще если и удается посмеяться вместе, когда взаимосогласие устанавливается уже без всяких слов; тогда и возникает та общность, в которой каждый остается для другого одним и тем же, ибо каждый обретает себя в другом, изменяя себя по образу другого» [6, с. 87].

Диалог обеспечивает встречу Я с Ты, их взаимопроникновение, раскрывает сущность другого, спрятанную, по выражению М. Бубера, в «панцире» – в совокупности социальных ролей с их конвенциональным характером. В силу этого обстоятельства для обыденного сознания диалог выступает пугающим действием, поскольку за «панцирем», социальными ролями и регулирующими их исполнение конвенциональными нормами, за типизациями индивидов стоит некая недоступная в повседневном взаимодействии глубина личности, открытие которой способно вызвать тревогу перед истинным лицом другого.

Различие между диалогом и повседневными коммуникациями показано в классификации действий, предложенной Ю. Хабермасом.

Стратегическое действие, по Ю. Хабермасу, представляет собой воздей

<

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

ствие одного участника взаимодействия на другого, при котором один участник путем угрозы применения санкций или перспектив вознаграждений принуждает другого к продолжению общения [7, с. 91-92]. Напротив, коммуникативное действие, ориентированное на взаимопонимание и согласование планов предполагает определение участниками интеракции условий достижения согласия, при которых другой индивид может соединить свои действия с действиями Я.

Если принять позицию Ю. Хабермаса, то стратегическое действие следует представлять как основанное на строго формальном представлении о другом участнике действия, в то время как коммуникативное действие ориентировано, прежде всего, на интересы другого как личности.

Однако, в обыденной жизни преобладает не коммуникативное, а стратегическое действие. Конвенциональный характер ролевого взаимодействия исключает необходимость глубокого постижения личности другого, которого участник интеракций типизирует (А. Щюц). Эта мысль отчетливо выражена М. Бубером. Он выразил сомнение в том, что в повседневности сохраняется аутентичность взаимодействующих индивидов. «Жизнь в диалоге – не та, в которой много имеют дело с людьми, а та, в которой, имея дело с людьми, действительно имеют с ними дело» [8, с. 141].

Диалог как подлинная коммуникация, позволяющая человеку раскрыть свою сущность посредством трансценденции, предполагает снятие социальных условностей. «Исключительно острое ощущение другого человека как другого и своего я как голого я предполагает, что все те определения, которые облекают я и другого в социально-конкретную плоть, – семейные, сословные, классовые – и все разновидности этих определений утратили свою авторитетность и свою формообразующую силу. Человек как бы непосредственно ощущает себя в мире как целом, без всяких промежуточных инстанций, помимо всякого социального коллектива, к которому он принадлежал бы. И общение этого я с другим и другими происходит прямо на почве последних вопросов, минуя все промежуточные, ближайшие формы» [9, с. 186].

Таким образом, диалог можно рассматривать как коммуникацию, альтернативную статустно-ролевому взаимодействию как взаимодействию облаченного в условности индивида с себе подобными. Однако эта условность выступает фактором стабильности системы социальных связей и отношений, поскольку скрывает других индивидов в их непривычном, неожиданном, а потому опасном и пугающем виде. Общество как система стремится к поддержанию стабильности социального порядка, который ограничивает возможность диалога, угрожающего обыденной практике.

Общественная реальность – иерархическая, системная, самовоспроизводящаяся, казалось бы, вовсе не нуждается в диалоге, который дерутинизирует повседневность. Так, например, модель общества Т. Парсонса исключает диалог, поскольку в этой модели социальные взаимодействия функционально детерминированы макросоциальными факторами.

В то же время институциональная организация общественной жизни не покрывает всю совокупность связей и отношений между индивидами.

В рамках общества как социальной системы существуют неформализован

<

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

ные отношения, спонтанно-стихийные процессы, требующие не только диалогического общения, но и диалога как способа проникновения в тайну личности другого индивида.

Онтологическая неизбежность диалога заложена в структурной организации общественной жизни, в противоречии между институциональным уровнем общественной жизни и спонтанно-стихийным. Эти уровни дополняют друг друга и являются необходимыми для полноценного функционирования общества как системы. Однако, удовлетворение потребностей и интересов индивидов не всегда возможно на институциональном уровне.

В условиях дисфункционального характера институционального уровня общественной жизни актуализируется пространство спонтанно-стихийного взаимодействия.

Таким образом, как на уровне социального взаимодействия, так и на уровне общества в целом мы встречаемся с оппозициями, обусловленными особенностями структурной организации общественной жизни. К числу этих оппозиций можно отнести: диалог – статусно-ролевые интеракции;

коммуникативное действие – стратегическое действие (Ю. Хабермас);

понятное, известное, знакомое – неясное, неизведанное; привычное – из ряда вон выходящее; пограничная ситуация – стабильность и предсказуемость; хаос – порядок.

Эти альтернативы имеют антропологическое измерение. Они коррелируют с фроммовской концепцией неразрешимых экзистенциальных дихотомий, характеризующих специфику «человеческой ситуации».

С одной стороны, стремление к обретению самости, самовыражения, собственной уникальности, с другой – растворение в коллективе, интеграция с ним. Человек не может выжить в одиночку, ему необходимо общество, в жертву которому приносится индивидуальность, частичка своего Я. Но в то же время человек неизменно стремится к обретению самости, зачастую возможному лишь в борьбе с конформизмом социума. Этому противоречию отвечают как повседневные, так и неповседневные социальные интеракции, посредством которых человек стремится реализовать свои интересы.

Пространство спонтанно-стихийного взаимодействия оставляет место для самореализации – в дружбе, любви, альтруизме, художественной деятельности и т. п. Однако в том случае, когда спонтанно-стихийные процессы начинают угрожать стабильности общества (девиация, акции протеста, массовые волнения), возникает потребность в диалоге, в том числе и на институциональном уровне. В ситуации вытеснения институционально оформленных действий неповседневными диалог выступает средством, смягчающим остроту противоречий общественной жизни и позволяющим преодолеть страх, тревогу, растерянность, обусловленные этими противоречиями.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы Библиографический список

1. Касавин Т.А., Щавелев С.П. Анализ повседневности. М.: Канон+, 2004.

2. Шюц А. Смысловая структура повседневного мира / Пер. с англ. М.:

Институт Фонда «Общественное мнение», 2003.

3. Гарфинкель Г. Исследования по этнометодологии / Пер. с англ. СПб.:

Питер, 2007.

4. Якубинский Л.П. Избранные работы: Язык и его функционирование / Отв. ред. А. А. Леонтьев. М.: Наука, 1986

5. Гидденс Э. Устроение общества. Очерк теории структурации / Пер.

с англ. М.: Академический проект, 2004.

6. Гадамер Г.Г. Актуальность прекрасного. М.: Искусство, 1991.

7. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. СПб.:

Наука, 2001.

8. Бубер М. Два образа веры. М.: АСТ, 1999.

9. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы Богданов В.

С., Москва Коммуникативный отклик интернет-аудитории при проведении социально-диагностических исследований

–  –  –

Ключевые слова: интернет-технологии в социологических исследованиях, субъект управления, экспертное знание, интерактивный экспертный опрос, компьютеризация управления Опыт проведения социологических исследований при помощи интерактивных технологий, как в России, так и за рубежом, показывает, что наиболее эффективной эмпирической площадкой, целевой аудиторией для сбора валидной информации является субъект управления — эксперт.

Это объясняется в первую очередь тем, что современный интернет-пользователь — это человек с достаточно хорошим образованием, имеющий средний заработок, легко адаптирующийся к новым информационным технологиям. Т. е. это люди, занятые в перспективных областях экономики, решающие текущие вопросы рабочего характера, а также использующие современные on-line и off-line интернет-технологии (электронная почта, ICQ, форумы, поисковые системы, БЛОГи) для решения текущих насущных бытовых проблем. Данный вывод подтверждается результатами мониторингового исследования российской интернет-аудитории, которое проводится ежегодно исследовательским холдингом ROMIR Monitoring.

Так, во II квартале 2006 г. аудитория российского Интернета составила 19% от жителей России старше 18 лет (порядка 21 млн. человек). Высок процент пользователей Интернета среди руководителей (47%), студентов и учащихся (45%), а также квалифицированных специалистов (36%). Вебаудитория в России на конец 2011 г. составила 70 млн. человек от общего количества населения в 142,9 млн. человек. Прогнозируется прирост еще на 20 млн. человек к 2013 г.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

С 2003 г. в центре Социологии управления и социальных технологий Института социологии РАН ведутся активные разработки интернет-технологий сбора, получения и обработки данных. В качестве инструмента сбора информации был разработан собственный электронный вопросник, а также разработана методика проведения интерактивного экспертного опроса, которая была апробирована в 2004 г. в составе проекта Прогнозное социальное проектирование и муниципальный консалтинг в рамках экоантропоцентрической парадигмы (Государственный регистрационный номер проекта 01.0.40000166) в ходе проведения исследования проблем наукоградов. При помощи метода интерактивного экспертного опроса (веб-анкеты интерактивного экспертного опроса) удалось подключить к исследованию руководителей администраций, представителей научного сообщества, лидеров общественных организаций и собрать информацию в 25 муниципальных образованиях и двух Академгородков 14 субъектов РФ.

В результате исследования впервые было получено научно обоснованное представление о состоянии и динамике социальной ситуации наукоградов, а также выявлена эффективность организации коммуникативного пространства субъектов управления наукоградов.

В рамках программы Президиума РАН «Прогноз технологического развития экономики России» Институтом социологии РАН и Институтом народнохозяйственного прогнозирования РАН был проведен (в ноябре— декабре 2005 г.) интерактивный опрос научных работников системы РАН относительно их представления о сути предстоящих изменений и наиболее перспективных направлениях реформ. Опросом было охвачено 50 научных организаций системы РАН в 22 муниципальных образованиях 8 федеральных округов. В дистанционном режиме удалось получить экспертную информацию от 150 экспертов об их осведомленности, понимании и готовности научного сообщества к предстоящим изменениям, связанным с реформированием РАН и российской науки в целом. В основу исследования были положены материалы проекта реформы под названием «Программа модернизации структуры, функций и механизмов финансирования РАН, РАО, РАМН, РАСН, РААСН, РАХ», подготовленной по поручению Президента РФ с учетом Резолюции общего собрания РАН. Текст «Анкеты» содержал, в основном, мероприятия предлагаемой реформы и, тем самым, позволял экспертам проголосовать «за» или «против» по каждому пункту и по реформе в целом. В частности, экспертам было предложено рассмотреть основные и дополнительные задачи реформирования и выразить свою степень согласия. С предложениями Программы в области фундаментальных исследований с основными задачами реформирования «в основном согласились» 91,3% экспертов, но с необходимостью «значительного увеличения финансирования науки»; 62,7% согласились с «созданием системы объективной экспертизы и прогноза этих направлений»;

55,3% согласились «ликвидировать хроническое запаздывание с выбором перспективных и приоритетных направлений»; 50,7% — с предложением «усилить координирующую роль РАН». «Несогласие» (16,0%) касалось пун

<

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

кта «усилить координирующую роль РАН» и (11,3%) пункта «ликвидировать хроническое запаздывание с выбором перспективных и приоритетных направлений».

В области прикладных исследований, опытно-конструкторских и технологических разработок с задачами реформирования согласились 44%, по пункту «развивать механизм частно-государственного партнерства»

и 22,7% по пункту «финансировать прикладные исследования и разработки, в основном за счет средств хозяйствующих субъектов и других организаций». В основном несогласие (23,3%) касалось пункта «финансировать прикладные исследования и разработки за счет средств хозяйствующих субъектов и других организаций» и (14,7%) пункта «развивать механизм частно-государственного партнерства».

В области коммерциализации технологий и инновационной деятельности с дополнительными задачами реформирования согласились с пунктом «способствовать более полной реализации инновационного потенциала академического сектора науки» 64,7%. С задачей же «способствовать созданию технико-внедренческих зон, включая возможности перехода научных организаций прикладного характера в рыночную организационноправовую форму» согласились 32%, а 24,7% «в основном были не согласны».

Также в результате исследования были получены и данные, касающиеся реформирования системы в части образовательной деятельности, экспертизы на государственном уровне, международного сотрудничества и социально-экономической составляющей реализации реформы.

Содержательные ответы на вопросы интерактивной анкеты свидетельствуют об установке научных сотрудников на академическую реформу. Они остаются актуальными и сегодня. Такова социально-психологическая природа установок. В целом данные исследования предвосхитили агрегацию инновационных элементов в рамках деятельности частно-государственного партнерства и реализацию первого масштабного проекта — центра по сосредоточению и реализации инноваций «Сколково».

Продолжая перспективную линию достижений Центра в научноисследовательских программах и научно-методических разработках, необходимо отметить тему «Социальная диагностика и социотехническое прогнозирование инновационного развития экономики» комплексной программы научных исследований Президиума РАН «Прогноз технологического развития России с учетом новых мировых интеграционных процессов (технологические, экономические и институциональные аспекты)».

В рамках данной темы разработан и апробирован методический комплекс сбора и анализа данных при помощи интерактивных технологий (см. по теме: «Интерактивный опрос в исследовании организаций», «Процедура интерактивного опроса в управлении», «Интернет-технологии в исследовании проблем управления», «Метод электронного респондента», «Компьютеризация управления»):

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

 влияние социокультурных факторов на конкурентоспособность отечественных производителей информационных технологий (ИТ) и программного обеспечения (ПО) (разработка и апробация методики «электронного респондента», проведение экспертного веб-интервью с представителями ИТ-рынка») (2006-2008 гг.);

 интерактивное исследование инновационного ресурса управления отечественных компаний — производителей информационных технологий (2009 г.);

 «Интернет-технологии в социальной диагностике и социотехническом прогнозировании инновационного развития экономики»: региональный и отраслевой аспект (2010-2011 гг.).

По заданию Программного комитета 3-го Всероссийского социологического конгресса группой социологов из Института социологии РАН проведены два интерактивных экспертных опроса участников

Конгресса «Социология и общество: пути взаимодействия»:

1. 1—10 октября 2008 г. проходил первый опрос — перед Конгрессом.

2. Март—апрель 2009 г., уже после Конгресса.

В каждом опросе участие приняли порядка 700 респондентов. По результатам интерактивных опросов было проведено методическое исследование — «Валидность интерактивных опросов в социологии». В качестве метода исследования был выбран телефонный опрос, участие в котором приняли 100 респондентов, являвшихся участниками конгресса. Ядро участников опроса — преподаватели вузов — 47%, сотрудники НИИ — 25%.

Вопросы были заданы относительно электронной формы опроса и перспективности интерактивных исследований в отечественной социологии.

Почти 20% сослались на сложность формулировок вопросов и громоздкость анкеты, 18% респондентов испытали технические трудности с заполнением электронной анкеты, 22% не испытали трудностей с заполнением, остальные либо затруднились ответить, либо не вспомнили о сложностях в работе с анкетами опросов.

Уточнены возможные причины, которые приводят к невозврату электронных анкет опросов. 58% ответивших главной причиной невозврата считают занятость и нехватку времени у респондентов. Среди прочих причин были названы следующие:

• недостаточный уровень пользования Интернетом;

• старое оборудование;

• настройки доступа к сети Интернет;

• просто неинтересный опрос;

• недостаточное анонсирование опроса;

• слабая мотивация, малая заинтересованность в результатах.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

Хорошую перспективу интерактивных опросов в отечественной социологии видят порядка 80% респондентов, но с учетом доработки методологии их проведения. Только 5% не видят перспективу, остальные респонденты затруднились с ответом.

Такое распределение дает нам право говорить о востребованности и перспективности интерактивных исследований, но также требует от нас дальнейшей апробации, внедрения и развития техник и методик проведения интернет-исследований, в частности, и при изучении широкого круга проблем научно-инновационных центров.

Перспективность исследований подтвердили наши интерактивные опросы экспертов в рамках социально-диагностического исследования «Особенности формирования личности под воздействием современных коммуникативных технологий в России» (2009 г.), а также исследование 2011 г. — интерактивная часть Всероссийского социологического опроса «Диагностика состояния и перспектив системы управления в России»

в рамках исследовательского мета-проекта «Гражданская экспертиза управления страной».

Интернет-респонденты изначально представляют собой наиболее высокоресурсную часть населения РФ, что продиктовано в первую очередь их владением компьютером, наличием доступа к Интернету. Для понимания особенностей полученных данных и возможностей использования ответов интернет-опрошенных остановимся на их социально-демографических характеристиках подробнее. 63% ответивших — это мужчины.

Как показывают диаграммы 1 и 2, люди экономически зрелого возраста и обладатели высшего образования среди интернет-опрошенных суммарно составляют большинство: от 36 до 45 лет — 20%, от 46 лет и старше — 38%, респондентов с высшим образованием — 66% (см. рис. 1). Высока доля респондентов с ученой степенью — 27% (см. рис. 2).

–  –  –

Ответившие на вопросы анкеты по Интернету в подавляющем большинстве имеют опыт работы в органах управления (суммарно 76%) (см. таблицу 1). Из них наибольшие доли набрали ответы, по которым можно судить, что ответившие в массе своей не являются чиновниками, а работали в разноуровневых органах управления различных секторов экономики. Так, управляли предприятием, организацией, фирмой 41%, руководителями среднего звена (цех, отдел) работали 37%, опыт менеджмента низшего звена имели 32%, осуществляя руководство бригадой или звеном.

Свыше 2/3 считают свой управленческий опыт успешным (51% оценивают как «скорее успешный, чем нет» и 14% как «успешный»).

При этом 55% интернет-опрошенных имеют подчиненных и на момент опроса, то есть являются по факту руководителями (см. таблицу 2).

Таким образом, основную массу интернет-опрошенных составляют руководители реального сектора экономики, которые регулярно вступают во взаимодействие с государством и как граждане РФ, и как руководители по большому кругу вопросов, при этом их успешно разрешают.

Хотелось бы отметить, что только при помощи разработанного и апробированного методического комплекса проведения интерактивного исследования, а также благодаря активному процессу пенетрации Интернета и компьютерной оснащенности российского пространства нам удается достигать цели и решать поставленные задачи проводимых исследований, что обычному исследователю, без специально задействованных в исследовании технических ресурсов и методик, осуществить практически невозможно.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы Воронкова О.

А., Москва

Социально-политическая коммуникация:

новые смыслы против старых форм

–  –  –

Ключевые слова: идеология, дискурс, смысловая интерпретация, смысловые приоритеты, коммуникативная компетентность, манипуляционные технологии, диалог власти с обществом Современные коммуникативные процессы характеризуются, прежде всего, тем, что идеологически детерминируемые способы коммуникации постепенно сменяются на дискурсивные. Неизбежность обновления принципиальных основ современной коммуникации обусловлена необходимостью реализации множественных и разнообразных интересов и стремлений, несущих новые социальные смыслы.

Унаследованные из советского прошлого идеологические формы коммуникации, закрепившие установки единодушного следования определенной парадигме, неизбежно вытесняются социальным требованием равноправного участия в коммуникативном процессе всех обладающих достаточной компетентностью в обсуждаемой области.

Основным принципом дискурсивной формы коммуникации является, в идеале, свобода от какого-либо внешнего давления: силового, политического, психологического и т. д. Коммуникативная компетентность, как способность противостоять деформирующим факторам коммуникативной ситуации, становится важнейшим требованием включенности в современные социальные и социально-политические процессы. Коммуникативная компетентность в современном мире не ограничивается накоплением и применением знаний. В условиях широкого распространения технических средств обмена информацией на первый план выходит вопрос не количества усвоенных знаний, а их качества (подлинности, обоснованности и т. д.) и осмысления. Не накопление знаний, в том числе и в образовательном процессе, а обретение умений ориентации в необозримом информационном поле,

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

поиска необходимой человеку в данный момент и в данной социальной или политической ситуации информации и компетентное реагирование на нее становится наиболее актуальным.

Современный комплексный социальный мир, в котором сталкиваются различные социальные позиции и перспективы, есть источник потенциального выбора. Смысловое конструирование мира включает в себя высокий риск, связанный с реализацией выбора в реальных условиях, которые можно по-разному интерпретировать и использовать. Смысловая интерпретация изначально содержит в себе критический потенциал, так как формируется через отсеивание неадекватных данной ситуации объяснений и оправданий, с точки зрения конкретного субъекта. Критический потенциал, заложенный в поиске смысла, заставляет подвергать сомнению ту смысловую данность, в которую попадает субъект на каждом этапе социализации – получении базовых социальных ориентаций или их дальнейшего переосмысления. Социальный смысл как данность должен пройти через процесс легитимации, подтверждения или опровержения, если изменившаяся реальность требует этого. В то же время, поиск смысла, так или иначе, служит мотивом к дальнейшему изменению мира.

Смысл создается в процессе рефлексивной интерпретации и ментально-символического упорядочения социальной практики. Смысл нового социального явления, например, современного протестного движения в России, определяется через противопоставление другим, уже известным явлениям, например, традиционной лояльности власти, протестным движениям других эпох или других стран. Таким образом, новое социальное явление приобретает характеристики, формирующие его содержание и значимость, находит свое место в структуре других явлений. Определение содержания явления – момент необходимый, но недостаточный для прояснения его смысла. Смысл устанавливается в процессе интерпретации намерений и целей социального действия. В зависимости от разных составляющих индивидуального или группового опыта – социальной позиции, включающей статус, капитал, власть и т. д., и цели дальнейшей реализации опыта – различаются интерпретативные подходы к определению смысла новых явлений и расстановки смысловых приоритетов. Так, разница интерпретативных подходов и оценок протестного движения, даваемых противостоящими в коммуникативном процессе сторонами, очевидна и предсказуема.

Социальное конструирование и изменение смыслов происходит быстрее и разнообразнее по сравнению с процессом их символического оформления на системном уровне: политическом, государственном.

Современная эпоха имеет ту отличительную особенность, что формы, предлагаемые системно-ответственными структурами, обречены на немедленное отставание от социального содержания. Это происходит по большей части по вполне понятным объективным причинам динамичности социальных отношений, постоянного возникновения новых жизненных импульсов.

В то же время очевидна роль субъективного фактора в нарушении баланса социально-политической коммуникации: инерции управленческих под

<

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

ходов, намеренной консервации традиционных форм и методов руководства, привычных и удобных управленческим структурам, нежелании или неспособности властных структур к самоизменению и поиску новых форм управления, отсутствии готовности слушать и слышать общество и умения договариваться.

Социально-политическая ситуация постсоветской России являет собой пример столкновения новых социальных смыслов и старых регулятивных форм. Попытки определения общенациональной идеи в целом отвечают потребностям российского самоопределения на новом постсоветском этапе развития. Но возрождающиеся политические методы наполнения смысла национальной идентификации с использованием старого командно-административного ресурса входят в противоречие с усиливающимся разнообразием мировоззрений и плюрализмом мнений. Восстановление командно-административных принципов управления, сохраняющих свою ценность исключительно для сферы власти, как облегчающие задачу обеспечения управляемости, является попыткой власти уклониться от назревшей необходимости поиска взаимопонимания и достижения договоренностей на всех уровнях – социальном, политическом и социально-политическом, и во всех измерениях социального пространства – от группового до регионального. Попытки сформировать новую национальную идею «сверху» – в виде «суверенной демократии»

и «российского консерватизма», и выстраивание под новую идеологию формы государственного управления – вертикали власти с сопутствующими институтами, не имело общенационального успеха, несмотря на поддержку традиционно зависимых от власти, практически и ментально, слоев.

Политическая конструкция вертикали власти определила структуру командно-подчиненных отношений власти с обществом, центра с периферией. В начале нового века в России была произведена попытка восстановления прежних директивно-инструктивных рычагов управляемости регионами, стекания ресурсов в центр и последующего перераспределения из центра. Стремление власти решать все вопросы за общество, а административного центра за субъекты федерации возвращает содержательноцелевую составляющую коммуникативной структуры в русло национальной идеологии, национальных проектов. Расстановка смысловых приоритетов в пользу централизации фактически лишила периферические субъекты деятельности права смыслового самоопределения, что устраивало слабые в ресурсном отношении группы, слои и регионы, и совершенно не подходило сильным, активным и самодостаточным. В результате, четко обозначилась тенденция центробежной социальной мобильности – оттока молодого активного населения с периферии в центр, запустения и деградации российской глубинки. Региональные активисты уверены, что отношение Центр – регионы должно быть в корне пересмотрено. Центру пора перестать относиться к регионам как к придаткам, в которых сосредоточены природные ресурсы и обслуживающие Москву индустриальные гиганты.

Регионы в федеральной политике должны перестать быть объектами. К ним

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы

необходимо относиться как к субъектам, самостоятельно определяющим проекты и программы своего развития, вписывая их в общенациональный контекст1.

В современном обществе неизбежно возникают и множатся альтернативные настроения и критические позиции, выражающие новые смыслы и облекающиеся в новые формы. Эти настроения неоднородны, но их можно объединить характеристиками прагматичности, т. е. приоритета практической целесообразности над идеалистическими построениями, и критичности, т. е. неприятия навязываемых сверху искусственных символических конструкций. Новые социальные смыслы определяются потребностями в комфортной среде жизнедеятельности, и, соответственно, в привлечении новых подходов к организации и техническому оснащению производства средств жизнеобеспечения. Однако предлагаемые программы модернизации и развития современной инфраструктуры часто тормозятся инертными методами политического управления.

Очевидно, что в условиях роста субъектного самосознания и активизации, политика централизма изживает себя как не только не эффективная, но и препятствующая социальному развитию. Главной проблемой неустойчивого периода остается традиционное отсутствие навыков достижения договоренностей между властью и обществом, к чему добавляется упорное нежелание обновленных командно-административных слоев слышать общество, доводящее социально-политические отношения до активного противостояния и конфликта.

Основной целью современного периода является поиск наиболее адекватных и удовлетворяющих все стороны способов согласования и урегулирования позиций. Однако практические шаги в сторону координации часто сворачивают на пути продвижения односторонних интересов и достижения частных выгод, для которых более приемлемы другие способы коммуникации, нежели те, что направлены на достижение согласия.

Возрождаются в новом виде не только ценности, но и манипуляционные механизмы коммуникации.

Власти на данном этапе более удобно и выгодно опираться на традиционно ориентированные слои общества, не преодолевшие установки зависимости от власти, чем внутренне перестраиваться в ответ на изменившиеся запросы времени. Социальные требования – изменения избирательного законодательства, свободы собраний и митингов, прозрачности принятия решений и распределения ресурсов, и т. д., хотя и не могут уже оставаться не замечаемыми, не встречают, в то же время, понимания и адекватного реагирования со стороны власти. Вместо назревших действий по налаживанию диалога с обществом, власть традиционно уходит в сторону разработки новых манипуляционных технологий: долгосрочных политических обещаний (изменения избирательного законодательства на неясную перспективу), риторического ухода от обсуждения существа дела – ссылками на устаревшие законы, зарубежный опыт, не относящийся

Козьмин А., Попов А. Нужны новые смыслы/ «Эксперт Сибирь» №35 (302) /05 сен. 2011. URL:

http://expert.ru/siberia/2011/35/nuzhnyi-novyie-smyislyi.

Сессия 4. Социальные коммуникации: новые смыслы, новые формы к местным условиям и т.

д. Умение различать манипуляционные техники и противостоять им становится необходимым навыком коммуникативных отношений, важным звеном коммуникативной компетентности.

Социальная активность в условиях полной неразвитости социальнополитического дискурса вынужденно принимает протестные формы.

Новые формы, в которые облекаются альтернативные настроения, обеспечиваются новыми технологическими средствами – прежде всего, мобильной связью и интернетом, вытесняющими традиционно-одностороннюю подачу коммуникативного продукта в виде сверху спущенной информации и навязывание официальных смысловых интерпретаций. Интернет предлагает пока относительно свободное от внешнего давления общение, обмен самой разнообразной продукцией коммуникативной жизни, обеспечивает возможность свободного спора, дискуссии и выработки решений.

Мобильная связь соединяет смысловую и деятельностную стороны субъектной активности. Она позволяет человеку быстро подстраиваться под ситуационные изменения и не выпадать из дискурсивно-практического процесса. Например, изменение времени и места сбора инициативной группы протестного митинга может легко переопределяться участниками в зависимости от возникающих препятствий, типа разрытое для «реконструкции» намеченное ранее пространство для собрания, перенос времени из-за наличия внешней угрозы силового разгона и т. д.

Совершенствование новых технологий в сфере коммуникации обеспечивает необратимость процесса развития социально-политического дискурса, постепенно вовлекая более широкие слои общества в дискурсивный процесс. Активное общество выдвигает все более зрелые требования к сфере власти по изменению социально-политических отношений, главным образом, замены методов вертикального диктата сознательной политикой поддержки социальной инициативы на всех уровнях и во всех измерениях социального пространства.

Однако главное требование активного общества – быть услышанным властью, до сих пор не находит должного отклика в высших сферах.

Готовность власти к диалогу с обществом проявляется в большей степени на риторическом уровне. Фактически власть не прислушивается к общественному мнению по поводу вновь создаваемых законов и политических инициатив. Так, лишь 17% населения посчитали адекватной мерой применение драконовских штрафов за нарушения правил проведения митингов и демонстраций, что не помешало принятию закона1.

Тем не менее, рост гражданского сознания населения России проявляет себя всё более ярко. Протестные настроения, безусловно, оказывают определенное влияние на изменение политической системы, хотя альтернативные смыслы еще не приобрели свои готовые формы. Процесс развития социально-политического дискурса пока не достиг этапа позитивного конструктивизма – широкого осознанного участия всего населения в социально-политической коммуникации. До тех пор пока традиционное общеПротестная активность в стране. Пресс-выпуск Левада-Центра от 07.06.12. URL: http://www.levada.

ru/07-06-2012/protestnaya-aktivnost-v-strane.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |
Похожие работы:

«ШЕДИЙ Мария Владимировна КОРРУПЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ Специальность 22.00.04 социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора социологических наук Москва – 20 Диссертация выполнена на кафедре государственной службы и кадровой политики в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы...»

«150 Мир России. 2015. № КОНЦЕПЦИИ И МЕТОДЫ РОССИЙСКОЙ СОЦИОЛОГИИ Возможности изучения социальной напряженности в России на основе данных Европейского социального исследования1 А.Г. ПИНКЕВИЧ* *Пинкевич Анна Георгиевна – кандидат политических наук, доцент, кафедра конфликтологии, Институт философии, Санкт-Петербургский государственный университет. Адрес: 199034, СанктПетербург, Менделеевская линия, д. 5. E-mail: pinckevich.a@yandex.ru Цитирование: Pinkevich F. (2015) The Promises of Social...»

«IV Очередной Всероссийский социологический конгресс Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие Секция 25 Социология образования Секция 25. Социология образования Абитова Г. З., Альметьевск Профессиональная подготовка в России сегодня Аннотация В статье рассматриваются проблемы профессиональной подготовки в современной России, особенности процесса подготовки специалистов на региональном уровне. Ключевые слова: профессионализм, профессиональная подготовка, реформирование...»

«Иностранные студенты в целом удовлетворены (73%) возможностью участия в олимпиадах по практическим навыкам по различным дисциплинам. Приятно отметить, что иностранные учащиеся неоднократно становились призерами таких олимпиад и представляли наш вуз на всероссийских соревновательных форумах по различным направлениям медицины. Проведение социологических опросов студентов является обязательным компонентом системы менеджмента качества, которая успешно развивается в Курском государственном...»

«ШЕДИЙ Мария Владимировна КОРРУПЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ Специальность 22.00.04 социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора социологических наук Москва – 20 Диссертация выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации». Научный...»

«исследований МНЕНИЯ» ОТЧЕТ РАБОТЕ крае (09.2014 12.2014) ИСПОЛНИТЕЛЕЙ Виштал. Труфанов. Мнения»ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ КРАЕ табака табака табака медиа. ИНДУСТРИИ показатели. показатель. ПРИЛОЖЕНИЯ витринах.. 32 рекламы спонсорства медиа Мнения» ВВЕДЕНИЕ крае. критериев 5). –  –  – наблюдения: знакомых, продукции. т.д.). др.). года кино, видео, аудио, радио, телевидение). Пресса (газеты, журналы). крае. четырех 56 пунктах продаж, посетителя. Мнения» курения. продукция, Marlboro, Winston....»

«IV Всероссийский социологический конгресс Cоциология в системе научного управления обществом Секция История и теория социологической науки Секция 1. История и теория социологической науки М. М. Акулич Теоретико-методологические основания управления обществом: роль социологии Общество является одним из наиболее сложных объектов управления. Это связано с тем, что субъект и объект управления обществом обладают мировоззрением, системой потребностей, ценностей, интересов, целей, мотивов и т.д. В...»

«РОССИЙСКИЕ ВУЗЫ НА МЕЖДУНАРОДНОМ РЫНКЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ Центр социологических исследований А.Л. Арефьев РОССИЙСКИЕ ВУЗЫ НА МЕЖДУНАРОДНОМ РЫНКЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УСЛУГ МОСКВА MINISTRY OF EDUCATION AND SCIENCE OF THE RUSSIAN FEDERATION FEDERAL AGENCY FOR EDUCATION Sociological Researche Center Alexander Arefiev RUSSIAN HIGHER SCHOOLS ON THE INTERNATIONAL MARKET OF EDUCATIONAL SERVICES MOSCOW УДК...»

«УДК 94/99 РОЛЬ ПАРТИЙНЫХ, СОВЕТСКИХ ОРГАНОВ, ОРГАНОВ НКВД И ШТАБА ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ БАТАЛЬОНОВ КУРСКОЙ ОБЛАСТИ В РУКОВОДСТВЕ И ОРГАНИЗАЦИИ ОПЕРАТИВНОЙ И БОЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ БАТАЛЬОНОВ В ПЕРИОД ПОДГОТОВКИ И ПРОВЕДЕНИЯ КУРСКОЙ БИТВЫ (ВЕСНА ЛЕТО 1943 Г.) © 2015 Г. Д. Пилишвили канд. ист. наук, доцент кафедры социологии и политологии e-mail: historuss@mail.ru Курский государственный университет В статье с привлечением архивного материала, статистических данных, воспоминаний участников...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» Рагозина Л.Г., Васин С.А., Елисеева М.А., Бурдяк А.Я., Тындик А.О., Рогозин Д.М. Социальное положение инвалидов в Российской Федерации с учетом положений конвенции о правах инвалидов Москва Аннотация. Работа «Социальное положение инвалидов в Российской Федерации с учетом положений Конвенции о...»

«УДК 94/99 РОЛЬ ПАРТИЙНЫХ, СОВЕТСКИХ ОРГАНОВ, ОРГАНОВ НКВД И ШТАБА ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ БАТАЛЬОНОВ КУРСКОЙ ОБЛАСТИ В РУКОВОДСТВЕ И ОРГАНИЗАЦИИ ОПЕРАТИВНОЙ И БОЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ БАТАЛЬОНОВ В ПЕРИОД ПОДГОТОВКИ И ПРОВЕДЕНИЯ КУРСКОЙ БИТВЫ (ВЕСНА ЛЕТО 1943 Г.) © 2015 Г. Д. Пилишвили канд. ист. наук, доцент кафедры социологии и политологии e-mail: historuss@mail.ru Курский государственный университет В статье с привлечением архивного материала, статистических данных, воспоминаний участников...»

«УДК 94/99 РОЛЬ ПАРТИЙНЫХ, СОВЕТСКИХ ОРГАНОВ, ОРГАНОВ НКВД И ШТАБА ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ БАТАЛЬОНОВ КУРСКОЙ ОБЛАСТИ В РУКОВОДСТВЕ И ОРГАНИЗАЦИИ ОПЕРАТИВНОЙ И БОЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ БАТАЛЬОНОВ В ПЕРИОД ПОДГОТОВКИ И ПРОВЕДЕНИЯ КУРСКОЙ БИТВЫ (ВЕСНА ЛЕТО 1943 Г.) © 2015 Г. Д. Пилишвили канд. ист. наук, доцент кафедры социологии и политологии e-mail: historuss@mail.ru Курский государственный университет В статье с привлечением архивного материала, статистических данных, воспоминаний участников...»

«Р.Г. Баранцев Избранные тексты (Автография. Становление тринитарного мышления. Синергетика) (Сост. А. Алексеев. 2013) Содержание Вместо предисловия.. = От составителя = Из книги А. Алексеева и Б. Докторова «В поисках Адресата». = Из книги А. Алексеева и Р. Ленчовского «Профессия – социолог.» Часть 1. Из жизни Р.Г. Баранцева.. = Краткая научная биография Р. Баранцева = Р. Баранцев. Пробежкой – о себе (2004-2005).1 = Р. Баранцев. Автография (2008)..30 = Р. Баранцев. Любищев в моей судьбе...»

«Социология и неравенство: Доклад Президента Международной социологической ассоциации Майкла Буравого на президентской сессии 18 конгресса Международной социологической ассоциации. От Папы Франциска до Томаса Пикетти За последние четыре года вопреки многим ожиданиям тема неравенства снова вышла в ряд самых актуальных. В полемику о проблемах неравенства включилисьсамые неожиданные персоны. Избранный в 2013 году папа Франциск первый иезуит, занявший подобный пост, первый понтифик, представляющий...»

«IV Очередной Всероссийский социологический конгресс Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие Секция 14 Социология труда: трудовые отношения в современной России Секция 14. Социология труда: трудовые отношения в России Авдошина Н. В., Самара Состояние подготовки кадров рабочих профессий в условиях модернизации производства1 Аннотация В статье рассматривается состояние подготовки кадров рабочих профессий учреждениями начального и среднего профессионального образования (НПО...»

«ОБЩЕСТВ ЕННАЯ ПАЛАТА НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ Содержание Введение...1. Формирование нового состава Общественной палаты Нижегородской области. Социологический портрет Общественной палаты Нижегородской области.2. Заседания Общественной палаты Нижегородской области. Заседание 26 февраля 2013 года.. Заседание 10 декабря 2013 года «Кадровое обеспечение жилищно-коммунального хозяйства Нижегородской области». 3. Деятельность комиссий Общественной палаты Нижегородской области.20 4. Мероприятия,...»

«ШЕДИЙ Мария Владимировна КОРРУПЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ Специальность 22.00.04 социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора социологических наук Москва – 20 Диссертация выполнена на кафедре государственной службы и кадровой политики в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы...»

«IV Очередной Всероссийский социологический конгресс Социология и общество: глобальные вызовы и региональное развитие Секция 22 Социология городского и регионального развития Секция 22. Социология городского и регионального развития Акимкин Е. М., Москва Модели социального участия при принятии градостроительных решений1 Аннотация В статье проанализирован опыт проведения публичных слушаний в Москве в соответствии с новым Градостроительным кодексом, которые рассматриваются как симптоматическое...»

«Борис Докторов — Владимир Гельман: Биографическая беседа Препринт М-44/15 Центр исследований модернизации Санкт-Петербург ББК 60.51(2)64 УДК 316(470) Б 82 Б 82 Борис Докторов — Владимир Гельман: Биографическая беседа. Препринт М-44/15 — СПб. : Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2015. — 56 с. — (Серия препринтов; М-44/15; Центр исследований модернизации). В фокусе интервью, которое состоялось в апреле-мае 2015 года в рамках цикла Бориса Докторова «Биографические интервью...»

«Институт научно-общественной экспертизы Международная лаборатория политической демографии и макросоциологической динамики РАНХиГС при Президенте Российской Федерации Центр долгосрочного прогнозирования и стратегического планирования при МГУ имени М. В. Ломоносова НАДВИГАЮЩАЯСЯ ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ КАТАСТРОФА И КАК ЕЁ ПРЕДОТВРАТИТЬ (прогнозы демографического будущего России в условиях экономического кризиса) Экспресс-доклад Надвигающаяся демографическая катастрофа в России и как её предотвратить...»







 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.