WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 23 |

«РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ С С. АВЕРИНЦЕВ, H. A. АНАСТАСЬЕВ, Т. В. БАЛАШОВА, Я. Н. ЗАСУРСКИЙ, Д. В. ЗАТОНСКИЙ, А. А. КЛЫШКО, П. М. ТОПЕР, А. А. ФАЙНГАР Элиас КАНЕТТИ Человек нашего столетия ...»

-- [ Страница 1 ] --

ЗАРУБЕЖНАЯ ХУДОЖЕСТВЕННАЯ

ПУБЛИЦИСТИКА

И ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ ПРОЗА

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ

С С. АВЕРИНЦЕВ, H. A. АНАСТАСЬЕВ,

Т. В. БАЛАШОВА, Я. Н. ЗАСУРСКИЙ,

Д. В. ЗАТОНСКИЙ, А. А. КЛЫШКО,

П. М. ТОПЕР, А. А. ФАЙНГАР

Элиас

КАНЕТТИ

Человек нашего столетия

Художественная публицистика

Перевод с немецкого Москва «ПРОГРЕСС» 1990 ББК 84.4А К 19 Составитель и автор предисловия д. ф. н. Н. С. Павлова Комментарии д. ф. н. Р. Г. Каралашвили Художник В. Б. Гордон Редактор Л. Н. Григорьева В работе над сборником принял участие С. К. Апт ISBN 5—01—002099—8 1973, 1974, 1976, 1977, 1980, 1985, 1988 Carl Hanser Verlag Mnchen Wien 1987 by Elias Canetti London Составление, предисловие, комментарии, перевод на рус­ ский язык, художественное оформление издательство «Про­ гресс», 1990.

МАССА, ВЛАСТЬ

И ПИСАТЕЛЬ КАНЕТТИ

Недавно наши читатели смогли познакомиться с четырьмя произведениями, написанными в разные десятилетия, но глубо­ ко связанными одной темой, — романами «Мы» (1920) Евгения Замятина, «О дивный мир» (1932) Олдоса Хаксли, «Скотный двор» (1945) и «1984» (1949) Джорджа Оруэлла. Все это анти­ утопии, художественные прозрения, представлявшие в гротеск­ ных образах тоталитарное государство и покорное ему стан­ дартизированное сознание. Речь шла не только о массовом про­ изводстве и технизации жизни со всеми вытекающими отсюда последствиями — речь шла о политическом строе и о тех, кому подобное стандартизированное сознание было выгодно. В ко­ нечном счете речь шла о власти. Как писал Оруэлл: «Все звери равны, но некоторые звери равны гораздо больше». Вместо про­ цессов развития, на которых сосредоточивалась литература в других жанрах, антиутопии давали статику, неподвижность, они констатировали: так может выглядеть будущее человече­ ства, таково его настоящее в странах с диктаторским режимом.

Трудно не вспомнить эти романы, думая о сделанном ав­ стрийским писателем, лауреатом Нобелевской премии (1981) Элиасом Канетти. Его тоже занимало стандартизированное со­ знание и существо власти, в нем заинтересованной. Но Канетти подходил к проблеме с другой стороны. Он хотел исследовать те причины и механизмы, которые с древних времен превращают людей в толпу. Охваченных единым порывом людей он видел не только в эпохи революций, как это привычно в нашей литерату­ ре. И не делил народные массы на революционный авангард и непросвещенные отсталые элементы по наличию или отсут­ ствию передового мировоззрения, что и оказывалось единственной их характеристикой. Он считал сплоченные массы людей, образующиеся по различным поводам и с разными целями, час­ тым и важным действующим лицом в любые исторические эпо­ хи. Масса, полагал Канетти, обладала рядом обязательных свойств независимо от характера сплотивших ее идей. Глубоко занимала его и потенциальная масса, существующая до времени в рассеянном виде как отдельные, не подозревающие друг о дру­ ге индивиды.

Главная публицистическая книга Канетти, работа над кото­ рой растянулась на десятилетия, а началась на исходе 20-х го­ дов, так и называется — «Масса и власть». Но о том же самом написаны, по сути, и его пьесы «Свадьба», «Комедия тщесла­ вия», «Ограниченные сроком». В обезличенном, деформирован­ ном мире, мире, чреватом «восстанием масс» 1, разворачива­ ется действие его самого знаменитого произведения — созданного накануне захвата фашизмом власти в Германии ро­ мана «Ослепление», недавно вышедшего у нас. Отношения ме­ жду публицистикой и художественным творчеством у Канетти особые: они переплетены теснее, чем у многих других писате­ лей. Больше того, без одного нельзя глубоко понять другое:

публицистика и беллетристика будто делят между собой жизнь, лишь вкупе воссоздавая мир, каким его видел Канетти.

Элиас Канетти родился в 1905 году на берегу Дуная, в бол­ гарском городке Рущук, входившем тогда в состав АвстроВенгрии. Его далекие предки переселились сюда вместе с тыся­ чами евреев, изгнанных в XV веке из Испании. Когда уже пожи­ лым человеком Канетти посетил Марокко (его путевые заметки «Голоса Марракеша», 1967, почти полностью включены в нашу книгу), он искал в пестроте восточной жизни следы и той древ­ ней культуры, носителями которой были его предки.

В семье де­ да, как и во многих семьях вокруг, продолжали говорить на староиспанском. Это был патриархальный мир, верный рели­ гиозным обрядам и традициям. Но родители любили беседо­ вать между собой по-немецки и были привержены немецкой ку­ льтуре и знаменитому венскому театру. Вокруг жили болгары, румыны, турки. Мальчик навсегда запомнил внезапные появле­ ния цыган в маленьком городке. И слыша разноязыкую речь, стал обостренно воспринимать слово. Причудливый мир дет­ ства замечательно описан Канетти в первом томе его воспомина­ ний «Спасенный язык» (1977).

Так называется книга испанского философа и историка культуры Ортеги-и-Гассета, вышедшая в 1930 г.

В 1911 году в связи с деловыми интересами отца семья переехала в Лондон, а после его внезапной смерти мать перевез­ ла детей в Швейцарию. Мать, своевольная, гордая, властная, оказала огромное влияние на творчество Канетти.

Именно она привила ему, мало сказать, любовь — одержимость чтением. Книга была в этой семье предметом страсти. Уже на склоне лет в записках дневникового характера («Заметки 1942—1948», 1965 и «Заметки 1973—1985», 1987, в значитель­ ной своей части вошедшие в нашу книгу) Канетти поместил почти невероятное с точки зрения многих признание: «Больше всего тебе хотелось бы — какая скромность! — бессмертия, что­ бы читать». Но писатель Канетти обязан матери не только этим.

Она взвалила на плечи подростка непомерную ношу — превратила его после смерти мужа в своего равноправного собе­ седника, интеллектуального партнера. С этих времен у Канетти осталось твердое убеждение, что каждый обязан иметь обо всем собственное мнение и что все, даже самое неуловимое, можно выразить словами, сделать понятным людям. «Немота ведет к разложению», — записал он на склоне лет.

В Швейцарии мать с тем же страстным напором преподавала сыну немецкий язык (до восьми лет, кроме языка детства, староиспанского, он говорил по-английски). С тех пор немецкий стал языком его жизни и творчества. Канетти не отказался от не­ го и в Англии, куда судьба эмигранта привела его в 1939 году, после насильственного присоединения Австрии к фашистской Германии; в Англии он прожил долгое время, пока не пере­ брался в Швейцарию. Годы спустя, после окончания мировой войны, он произнес в Баварской академии искусств благодар­ ственную речь немецкому языку, особенно глубоко открывше­ муся ему в эмиграции, среди чужой языковой стихии.

Но мать не только обучила сына немецкому. Она сочла необ­ ходимым втолкнуть его в гущу культурной и политической жиз­ ни. С этой целью семья переехала из тихой Швейцарии в Вену.

Еще гимназистом Канетти был знаком с текущей литературой и венским «Бургтеатром». Здесь же, в 1924 году он впервые по­ пал на лекцию знаменитого публициста Карла Крауса, страст­ ным поклонником которого остался надолго.

С жизнью же политической Канетти впервые столкнулся 1 августа 1914 года. В курортном парке под Веной дирижер вдруг прервал музыку, и нарядные, беззаботные люди услышали, что Германия объявила войну России. Гуляющие запели австрий­ ский, а потом и немецкий гимны. Тут-то на фоне «великого собы­ тия» произошло и другое, маленькое. По старой привычке, а мо­ жет, из чувства противоречия мальчик Канетти запел гимн ан­ глийский. Лица вдруг исказились ненавистью. Мальчика и его брата принялись нещадно избивать. Занятые до этого своим люди внезапно превратились в единый кулак — это была микромо­ дель агрессивной толпы, массы.

В дальнейшем Канетти столкнулся с единой волей спло­ тившегося множества еще дважды. В 1922 году в Германии он видел демонстрацию рабочих, возмущенных убийством мини­ стра иностранных дел Вальтера Ратенау. Это была масса иного, интернационалистического настроя: Ратенау только что заклю­ чил договор с Советской Россией. Юноша Канетти сочувство­ вал рабочим, вышедшим на улицу. Но его взволновало не только это, а — как когда-то — и само явление массы. На этот раз масса притягивала его самого, притягивала почти физически.

То же самое, но только еще сильнее, Канетти пережил в июле двадцать седьмого года. Австрийский суд оправдал тогда мо­ нархистов — убийц безработного инвалида войны и маленького мальчика. Чувство справедливости было попрано. На улицы Ве­ ны спонтанно, вопреки воле социал-демократического руковод­ ства вышли рабочие. В едином порыве толпа двинулась ко Двор­ цу правосудия, предав его огню.

Демонстрация и поджог описаны Канетти во второй части во­ споминаний «Факел в ухе» (1980). И еще раз в статье, посвящен­ ной истории создания романа «Ослепление». Это событие зани­ мает важное место и в книге «Масса и власть». Когда и каким образом, без всякого руководства кристаллизовалась воля тол­ пы? Почему она двинулась в определенном направлении? Как возникла идея поджога? Что представляло собой это гигантское шествие, внутри и вместе с которым двигался будущий писатель?

Он все время чувствовал размеры происходящего. Масса людей ощущалась как целое, единым были ее дыхание, ритм движения, один источник имели звуки, доносившиеся с разных сторон. Ка­ нетти отчетливо замечал все вокруг. Но направление и воля к движению принадлежали не ему.

До 1927 года Канетти-писатель не существовал. Он был ав­ тором нескольких так и оставшихся неопубликованными пьес.

Перевел ради денег несколько романов Эптона Синклера.

В Венском университете изучал химию.

В 1927 году с химией было покончено. Началась работа над главными произведениями его жизни — романом «Ослепление»

и книгой «Масса и власть».

Шел конец двадцатых годов. Пережитое Канетти то и дело обнаруживало себя в самых различных проявлениях. Как разде­ ленную на две враждебные группировки бушующую массу он впервые воспринял теперь рев болельщиков на стадионе под окнами его жилища. (В книге «Масса и власть» толпе, делящейся на две части, посвящен раздел, «Двухголовая масса».) Но взбудораженная толпа появлялась на улицах и не в столь мир­ ном обличье. Особенно очевидно это было в Германии, в Берлине, где Канетти жил по нескольку месяцев в 1928 и 1929 годах.

Впечатления от бурной, противоречивой жизни Берлина, куль­ турного центра мирового значения, где все яснее обозначалась в то время опасная близость фашизма, а демагогия Гитлера име­ ла широкий успех, Канетти выразил впоследствии в одной фра­ зе: «Все было возможно».

В книге «Масса и власть» (опубликована в 1960 г.) Канетти говорит не только об очевидных внешних признаках массы: эмо­ циональной перевозбужденности, поразительном единомыслии, стирании различий между людьми в неделимом «мы». Из мно­ жества примеров он выводит общие законы ее существования:

потребность в росте, которому трудно положить преграды, не­ обходимость «направления», сразу объединяющего людей, и, наконец, жажду «разрядки». Он делит массы на виды, отли­ чает, например, массу «медленную», когда цель отодвигается в далекое будущее и «разрядка» не наступает. Путь такой мас­ сы, пишет Канетти, — это история ее веры. Главная задача власти — сделать так, чтобы сцепление не распалось. Дальние цели должны сиять все ярче, тяготы настоящего — замалчиваться.

Различает Канетти массу и по аффектам. Он пишет, напри­ мер, о преследующей массе. Подобное сообщество отличается непременным численным превосходством над жертвами, что обеспечивает ему безопасность, а кроме того, жаждой убийства, в котором хочет принять участие каждый: «Соблазн безопасно­ го, разрешенного, рекомендованного, разделенного со многими убийства непреодолим для большинства людей». Психологи­ ческие законы, управляющие людьми при преследовании и травле, полагает Канетти, имеют древние истоки — они вос­ ходят к психологии своры, гонящейся за добычей. Закрывать на это глаза, полагает писатель, — значит предаваться доброволь­ ному ослеплению.

Канетти будто принимает участие в веками идущем споре о злой или доброй природе человека. Чем ближе к XX веку, тем меньше веры в гармонию изначального природного состояния, которое воспевал Руссо. Но и на разум рассчитывать все труд­ нее. Ницше считал темную стихию инстинктов единственной силой, правящей человечеством. Как бы ни относиться к его фи­ лософии, каким бы односторонним и страшным ни был этот ее тезис, Ницше был и великим пророком — он предвидел разгул темных инстинктов, сопровождающий историю нашего века.

Книжника Канетти трудно заподозрить в неуважении к интеллекту. В своих статьях он обращается к разуму и совести человечества. Но как бы ни возрастал технический прогресс, как бы ни расширялись знания, элементарное, природное, ви­ дел он, живо в людях. Канетти не теоретизировал. Он хотел об­ наружить те психологические структуры, которые оказывали непредусмотренное влияние на широком поле политической жизни.

С простейшего, элементарного он начинает и в анализе власти. Писатель призывает задуматься, например, над тем, по­ чему нам так неприятна давка в автобусе. Кроме сдавливающей тесноты, полагает он, пугает еще близость чужого, память о хва­ тающей тебя руке, о посягательстве на нетвердую твою свободу.

Обращаясь к древним временам и в то же время нуждаясь как художник в неких обобщающих символах, Канетти видит и во власти прежде всего потребность в захвате, поглощении, «насы­ щении». «Поглощая» других, власть имущий получает иллюзию неприкосновенности. Ему будто обеспечивается возможность пережить свое окружение. Его могущество тем тверже, чем боль­ ше он убивает, как бы поглощая свои жертвы (по поверию древ­ них, в убийцу переходят силы съеденного им убитого). Но дей­ ствуют и другие мотивы: «До тех пор пока они позволяют себя убивать, он может спать спокойно. Но если кто-нибудь избе­ жит приговора, он в опасности».

Большая работа Канетти, из которой в настоящее издание включены два раздела, вырастает из основательных этнографи­ ческих, исторических, социологических знаний автора, соб­ ственных его наблюдений над тем, что мы назвали бы социаль­ ной психологией. Она охватывает материал от давних времен до современности. Канетти описывает обычаи древних, дошедшие до нас в мифологической оболочке, и обычаи современных ин­ дейцев и африканских племен. Но и в современной двухпартий­ ной парламентской системе он видит характерное для «двухго­ ловой массы» противостояние противников. Примеры же агрес­ сивной толпы, преследующей жертву, в современности столь во­ пиющи и многочисленны, что Канетти умалчивает о них, упо­ миная лишь суд Линча.

Для публицистической работы, какой она, несомненно, явля­ ется, книга Канетти на удивление спокойна. В этом одно из ее от­ личий от незаконченной книги другого крупнейшего австрий­ ского писателя, Германа Броха, само название которой говорит о ее накале — «Теория массового безумия» (1938—1948 гг.). Ка­ нетти же будто не хочет апеллировать к чувствам читателей, превращать их самих в возбужденную массу. Задачи у него дру­ гие. На великом множестве примеров он стремится показать, как происходит мгновенное объединение людей в единое, недели­ мое целое и по каким законам оно, это целое, начинает действо­ вать.

Богатство материала и спокойная объективность давали основация для сопоставления книги Элиаса Канетти с известными научными трудами на близкую тему. Если у нас в прошедшие десятилетия психологией массы предпочитали не заниматься, то на Западе появились сотни работ, рассматривающих эту про­ блему. Некоторые из них были знакомы Канетти.

Еще в 1921 году была опубликована работа Зигмунда Фрей­ да «Психология масс и анализ человеческого „я"». Как вслед за ним Канетти, Фрейд исходил из первостепенной роли инстинк­ тивного и бессознательного в поведении толпы. Но важны и от­ личия. В центре внимания Фрейда остается личность. Пружи­ ной поведения массы является отношение ее членов к вождю, ли­ деру, строящееся по модели отношения ребенка к отцу. Масса складывается как сумма стремлений ее членов. Каждый желает максимально приблизиться к лидеру, идентифицироваться с ним. Знаменитое фрейдовское «либидо» реализуется в обожа­ нии вождя, стоящего во главе массы, в почитании идола. Пове­ дение объединившихся индивидов обретает при этом черты ин­ фантильности, безответственности.

Канетти гораздо более социален. Сама сфера инстинктивно­ го и бессознательного у него несравненно шире и включает все природные импульсы, сохраняющиеся в человеке: инстинкт са­ мосохранения, обороны, нападения, преследования слабого и т. д. Роль такой массы в общественной жизни, ее динамика, рост и распад — центр интереса Канетти.

Неоднократно сопоставлялась работа Канетти и с книгой французского этнографа и социолога-структуралиста К. ЛевиСтроса «Печальные тропики» (1955). Но Канетти не только не обладает научным потенциалом Леви-Строса, строившего свою картину социального устройства и культуры первобытных пле­ мен на основе методологии структурной лингвистики и теории информации. У художника Канетти в сравнении с ЛевиСтросом иные задачи.

Леви-Строс противопоставляет современному сознанию си­ лу «дикарского» мышления, естественно объединявшего рацио­ нальное и чувственное начала. Канетти же намеренно избегает противопоставлений и оценок. Развернув длинный ряд приме­ ров из истории разных эпох и народов, он видит многочислен­ ные совпадения и повторы. Читателю обрисована конфликтная ситуация, в которой и он находится. Развитие событий — поле его жизни. Не случайно масса и власть не приведены у Канетти в столкновение. Каждому предложено понять, в какой мере он свободен или, напротив, угнетен властью, свободен или, напро­ тив, захвачен массовым сознанием, а может быть, и эмоциональ­ ными порывами масс. «Она бурлит во всех нас, огромный, ди­ кий, объевшийся, пышащий жаром зверь... Мы ничего не знаем о ней. Мы живем до поры до времени как предполагаемые индивиды», говорится по этому поводу в романс «Ослепление».

Что это? Реальность или измышления беллетриста? Наш чита­ тель имеет возможность убедиться в первом на примере не толь­ ко чужого (фашизм), но и нашего недавнего прошлого, а кроме того, и сегодняшней нашей действительности с ее внезапно вы­ шедшими на поверхность национальной рознью и ненавистью, приведшими к кровавым столкновениям.

Как же возникает агрессивная толпа? Что так привлекатель­ но в скоплении, множестве, единомыслии? Что заставляет за­ быть собственное лицо, убеждения и намерения?

Пытаясь осветить подобные вопросы, Канетти занимается тем, что как будто бы прямо противоположно массе, — одиночеством.

На последних страницах романа Достоевского «Подросток»

есть мысли, имеющие некоторое отношение к проблемам, став­ шим через много десятилетий предметом пристального интереса Канетти. Достоевский писал о появлении «случайных се­ мейств». Имелось в виду не только происхождение героя, но и явления широкие — утрата молодым поколением связей с устоявшимся культурным слоем, пошатнувшиеся представле­ ния о ценностях, людская неприкаянность и всеобщее смешение.

Вскоре после мировой войны и революционных потрясений по­ добных «случайных семейств» стало великое множество. Вместо четко очерченных сословий появились потерявшиеся люди. Про­ изошла стремительная нивелировка не только сословий, но и классов и даже стран и континентов (эти процессы также рассмотрены в книге «Восстание масс» Ортеги-и-Гассета, мно­ гие идеи которого близки Канетти). Результатом массового про­ изводства (в непрестанном увеличении количества Канетти ви­ дит один из фетишей XX века) стало отчуждение человека от труда и его продуктов, а значит, и появление людей, лишь меха­ нически связанных со своей работой. Корней нет, связи ослаб­ лены. Каждый сам по себе. Объединение в любые сообщества и группы поэтому гораздо легче.

В каждой стране, тем более в странах с разной политической системой подобные процессы имеют свои причины и идут по своим законам. В нашей литературе обывательскую массу с крайне эгоистическим и замкнутым сознанием описал М. Зо­ щенко. Всем известные персонажи Зощенко наверняка не чув­ ствуют своего одиночества. Но каждый замкнут на своих инте­ ресах, обращен внутрь себя. Откуда пришли они? От капита­ лизма, из прошлого? Или это продукт переворотившейся жизни, революционной действительности? Как бы то ни было, у этих людей, решившихся жить, как выразился однажды Зощенко, «без всяких особых намерений», валентности свободы — опасно свободны.

Свой роман «Ослепление» Канетти написал о подобных лю­ дях. Написал с графической четкостью и жесткостью. Автор не комментирует и не вмешивается в события. Царит деловитая объективность, характерная для многих романов двадцатых — начала тридцатых годов (Дос Пассос, Дёблин, Кестнер). Прав­ да, объективность эта включает в себя вещи немыслимые и фан­ тастические. Недаром любимейшим русским писателем у Ка­ нетти был Гоголь. Да и действительность была, хоть это не заме­ чалось многими, зловеща и фантастична.

«Однажды, вспоминал впоследствии Канетти о ходе рабо­ ты над «Ослеплением», — мне пришла в голову мысль, что мир больше невозможно изображать так, как в старых романах, так сказать, с точки зрения одного писателя, мир распался, и, лишь имея мужество показать его в состоянии распада, можно еще дать о нем истинное представление». Не стоит возражать Канетти, доказывая, что его мысль верна не для всех. Он ведь писал о себе и думал о своем творчестве. Что же касается его романа, то идея о распавшемся мире тесно связана с убежде­ нием автора в одиночестве человека, в том, что каждый сам по себе, и единая точка зрения, точка зрения автора, не должна создавать видимость исчезнувшей цельности.

Канетти был уверен, что его роман не возник бы не только без впечатлений от массовой демонстрации 1927 года, но и без комнаты, которую он снимал на окраине Вены, и без квартир­ ной хозяйки. Ее речь сама по себе уже была исчерпывающей со­ циальной и психологической характеристикой, или, как выра­ жался Канетти, «слуховой маской». С нее и списан главный женский персонаж «Ослепления». Лексикон Терезы, нанятой в прислуги ученым-синологом Кином, книжным червем, усох­ шим над своими рукописями, не превышает словарного запаса Эллочки-людоедки. Но у Канетти эта фигура страшна и мону­ ментальна, как, впрочем, страшны и другие персонажи романа.

Содержание втиснуто в бытовую историю. Заметив страст­ ную любовь Кина к книгам, Тереза, несмотря на свое скудоумие, хитро играет на этой страсти и становится его женой, чтобы тут же приняться выживать мужа. История банальная, но с самого начала все в ней доведено до крайности, с самого начала гут пахнет кровью.

Образы, социально и психологически точные, лишены глу­ бины. Внутренний мир героев до крайности беден и не знает нюансов. «Меня интересуют живые люди и меня интересуют фи­ гуры, — замечает Канетти, — гермафродиты меня отталкивают».

В романе, как и в пьесах этого автора, действуют «фигуры»

(человек и человеческое оставлены им, заметим, забегая вперед, на долю публицистики — статей, воспоминаний, дневниковых заметок). Такой подход позволял добиться обнажения прими­ тивных скрытых желаний людей, их неартикулированных стре­ млений. Тайные (постыдные) порывы, скрытые (преступные) страсти выведены наружу, видны в поступках, реакциях, поло­ жениях, в размеченных с театральной отчетливостью мизансце­ нах, во «внутренних монологах» героев, оформляющих смуту желаний.

Такой подход к человеку жесток. Он не дает сказать всю правду о нем. Но позволяет зато резко осветить правду, обычно «нормальным» человеком скрываемую, правду, распространен­ ную, и с немалыми следствиями для жизни, в XX веке.

В дневниковых заметках писатель сказал как-то о неприязни ко всякого рода беспамятству. Напротив, он хочет, чтобы люди знали и помнили. Знали и помнили в том числе о себе, включая и то, в чем человеку никак не хочется признаваться.

В мире романа встречаются любящие жены (женщина с го­ родского дна, проститутка, содержит и любит, к примеру, свое­ го мужа — горбуна Фишерле). Но когда муж исчезает, тут не пе­ чалятся, а вздыхают с облегчением: «Мне больше достанется».

Сосредоточенность на своих интересах, в свете которых и муж — «не-я», выражена в структуре романа чередованием внутренних монологов то одного, то другого персонажа (Канет¬ ти многому научился у Джойса с его «Улиссом»). Каждый ведет свою партию, никто не слышит другого. Каждый исходит из своих стремлений, «идею» другого никто не понимает. Мастер­ ство Канетти в разработанных им «слуховых масках», напоми­ нающих речь персонажей Зощенко, заключается, в частности, в том, как слаженно катятся диалоги «глухих», где каждый по­ нимает реплики партнера по-своему, как ему надо.

Приблизительно в те же годы Канетти написал две пьесы — «Свадьба» (1932) и «Комедия тщеславия» (создана в 1933— 1934 годах, напечатана в 1950 г.). Обе пьесы кажутся предвест­ ницами послевоенного «театра абсурда». В каждой в гротеск­ ном, невероятном заострении представлено по одной человече­ ской страсти: инстинкт владения, собственничества — в первой, инстинкт самоутверждения во второй. (По тому же, собствен­ но, принципу построена и не имеющая подобий в литературе книга Канетти «Недреманное ухо. 50 характере»», 1974. Ха­ рактеров в привычном смысле тут нет, в персонажах книги их поглотила одна какая-либо черта, или даже и не черта, а при­ вычное проявление человека: Своеподарочница это та, кото­ рая забирает свои подарки, и этой идеей, этой своей деятельно­ стью и жива; Недреманное ухо — тот, от которого, кроме уха, и не осталось-то ничего: он существует, чтобы подслушивать и доносить.) Герои комедии «Свадьба» все душевные силы кладут на то, чтобы чем-нибудь завладеть, будь то чужое имущество или чужой жених (ласками жениха спешит воспользоваться мать невесты).

Коллизия второй пьесы строится на том, что в некой стране под страхом сурового наказания запретили смотреться в зеркало.

Зеркала изъяты. И оказалось, что люди не могут жить без того, чтобы постоянно, изо дня в день, не любоваться собой, стоишь ты этого или не стоишь. Человеку свойственно создавать свой — как можно более привлекательный — образ.

В книге «Масса и власть» есть раздел, не вошедший за огра­ ниченностью объема в нашу публикацию. Это раздел о прика­ зах. Приказы и их исполнение, настаивает Канетти, оставляют болезненные следы в душах людей, ибо разрушают положитель­ ные представления человека о себе самом. Приказ — это насиль­ ственное вторжение в твою жизнь чего-то постороннего и чужо­ го. Приказ, как пущенная стрела, и человек, привыкший испол­ нять приказы, ходит по земле с покачивающимися на нем, как перья, стрелами. От унижения, которое большинство людей испытывает, исполняя приказы, человек освобождается, присое­ динившись к массе, где он наконец среди равных. Или когда в свою очередь отдает приказы. Исполнившему приказ нужна какая-то компенсация. Послушание рождает агрессивность. Ка­ кими тесными узами они связаны, показал еще Генрих Манн в своем «Верноподданном», герой которого Дитрих Геслинг — покорный слуга и жестокий тиран одновременно. Элиаса Ка­ нетти поражали сходные типы и явления.

В романе «Ослепление» у глазка, просверленного на лестни­ цу в подъезде, где живет Кин, часами стоит на коленях кон­ сьерж, шпионя за жильцами дома. Это бывший полицейский на пенсии. Чревоугодник и садист, он своими руками загубил же­ ну, а потом дочь. Но этих жертв ему мало. Он жаждет власти хотя бы над нищими, которых то пускает, то не пускает в подъезд.

У каждого персонажа Канетти сильнейший напор желаний.

Но желания эти срезаны жизнью, осуществляются урывка­ ми и не полностью. Карманный вор и пройдоха Фишерле желает стать чемпионом мира по шахматам, для чего собрал­ ся за океан. Он даже ставил свои башмаки на первую ступень­ ку лестницы «поближе к Америке». Но его тут же уби­ вают.

Невинная девушка, дочь консьержа Паффа, почти не смею­ щая выходить из дома, мечтает, как Полли в «Трехгрошовой опере» Брехта, что однажды за ней прибудет если не трехмачто­ вый бриг, то коляска с возлюбленным, и она гордо скажет: «Это за мной». Но возлюбленного, впрочем даже не подозревающего о ее мечтах, вскоре сажают за воровство.

Копится неудовлетворенность, кипит злоба. Но однажды кое-какие желания все же осуществляются.

Ближе к концу романа герои случайно встречаются, как у Достоевского, на площади. Пошатнувшийся в разуме, бездом­ ный, еле живой Кин стоит на часах перед ломбардом, на по­ следние деньги скупая приносимые сюда книги, чтобы тут же вернуть их владельцам. Ему мерещится, что люди исправятся, будут читать и больше уже никогда не расстанутся со своим Шиллером. Разумеется, его тут же надувают. На лестнице появ­ ляется Тереза, пришедшая в сопровождении Паффа заклады­ вать фолианты мужа. Разыгрывается скандал, привлекающий общее внимание.

Это и есть момент счастья. Толпа, в том числе каждый из главных героев, может наконец взять свое, разрядиться. Люди легко заражаются безумием. Ищут вора, убийцу. Несмотря на разницу версий, толпа легко превращается в одно ревущее це­ лое. Изоляции больше нет. Наступает восторг сообщества, един­ ства желаний и равной для всех возможности показать себя. Вы­ бор жертв очевиден. Это уродец-карлик и усохший интеллигент Кин, не знающий ничего, кроме своих книг. Его-то и берут под руки и, раздев догола, допрашивают в полицейском участке.

Так связаны в романе изоляция и тяга к общности, одиноче­ ство и масса. С самого начала речь ведется о невидимой, рас­ сеянной массе, людях, тайные стремления которых, скрытые под разными масками (Тереза — «порядочная женщина», кон­ сьерж — «бравый служака»), поразительно совпадают, о едва сдерживаемой психической энергии, готовой вырваться нару­ жу. Ведь и нежная дочь консьержа по ночам грезит не только о женихе, а еще и о том, как он отрежет ее отцу голову и с этойто окровавленной головой они на свадебной коляске отправятся на могилу матери, чтобы порадовать и ее.

Фантастическая и страшная картина. Но так ли уж лишена она бытовой, психологической, социальной достоверности? Че­ ловеческое и бесчеловечность, изоляция и сообщество — два по­ люса, между которыми в романе напряженные связи.

Так же опасно сближаются огонь и книги. Им, однажды за­ говорившим с Кином человеческими голосами, все время грозит смертельная опасность. О возможном пожаре говорится на пер­ вых же страницах. На последних — Кин видит из окна пламя Дворца правосудия. И сам в панике и в помутнении разума жжет свои сложенные у дверей штабелями, как баррикада, книги.

Огонь и сожжение книг в романе Канетти будто предсказали костры, на которых горели книги в фашистской Германии в мае 1933 года.

Но есть тут и еще один пласт значений. Огонь, пламя, напо­ минает Канетти в книге «Масса и власть», — это распространенное в фольклоре символическое изображение воинственной тол­ пы, массы. Как огонь, она всюду равна себе. Как пожар, возни­ кает внезапно и в любом месте. Огонь разрушителен, агресси­ вен. Как и масса, он пытается разрастись, переброситься, захва­ тить близлежащие территории. Пожар в романе Канетти не только реальность, но и предостерегающий знак, сгусток смысла.

Такой же значительный, как «слепота», «ослепление».

Синологическая ученость Кина, подвергнутая, как и все в романе, злому осмеянию за свою совершенную беспомощность, позволяет однажды автору привести для читателя сентенцию из древнего китайского мудреца Монга: «Они действуют, но не знают, что творят; у них есть привычки, но они не знают, что их породило; они всю жизнь движутся и все же не знают пути; тако­ вы они, люди массы». Эти люди — убеждает Канетти — слепые.

Их легко ослепляет любая принесенная со стороны, чужая идея.

Массовое сознание легко поддается манипуляциям.

В пьесе «Ограниченные сроком» (написана в 1952 г., издана в 1964-м) Канетти нарисовал сообщество, членам которого ве­ шают при рождении на шею ладанку с запиской об отпущенном им сроке. И люди принимают это как непреложность. По земле ходят те, кому, как они заранее знают, суждено прожить две­ надцать, тридцать, восемьдесят лет. Люди с большим сроком обращаются с остальными с высокомерной снисходительностью.

С меньшим — тушуются и робеют. При этом о тайне срока знает только сам человек. Но когда ладанку усопшего вскрывает священнослужитель, каждый раз подтверждается, что смерть наступила в назначенное время. Взбунтовавшийся герой обнару­ живает, что ладанка на самом деле пуста. Но и это не может ра­ скрыть людям глаза. Внушение усвоено. Жить по-заведенному, как оказывается, удобнее.

Слепота не просто жалкое состояние. Это еще и прибежище.

И результат насильственного воздействия, ослепления.

С юных лет Канетти не уставал рассматривать картины Брейгеля, и ныне висящие в Венском художественном музее. Его поражали на них маленькие фигурки суетящихся, бессильных перед близящейся гибелью людей. На краю гибели видит Канет­ ти и современное человечество.

Чему же при таком мрачном взгляде на жизнь, при таком безжалостном ее изображении мог посвящать этот автор свои многочисленные публицистические выступления? О чем он пи­ сал свои статьи? К чему призывал? Что заносил и заносит в днев­ никовые записи? Он надеется. При этом — удивительное де­ ло! — его публицистика парадоксальным образом богаче полнотой человеческого, снисходительней, добрей, мягче, чем его ху­ дожественные произведения, в которых автору важно было об­ нажить пружины, правящие нашим сознанием.

В «Ослеплении», как говорилось, Канетти обнажил, напри­ мер, жесткую зависимость подчиненности и агрессии. Он, как под лупой, показал происходящее при этом в душах. В мемуа­ рах он и не думает говорить о шипах, оставленных в собственной его душе приказаниями матери. Одно ее качество он видит в слиянии с другими, одно объясняет и извиняет другое. Канетти больше не препарирует — эта задача выполнена его художест­ венным творчеством: мать, обронил он однажды, должна узнать в Терезе собственную свою властность. Фигуры романа концен­ трируют в себе то, что — как ни отмахиваемся мы от подобных признаний — в той или иной степени содержится в каждом из нас.

Все, написанное Канетти, помимо романа, пьес и книги «Масса и власть», вряд ли нуждается в комментариях и объяс­ нениях. Статьи, воспоминания, путевые заметки, дневниковые за­ писи читатель воспримет с той же непосредственностью, с какой они были написаны.

Многие его записи и статьи посвящены коллегам-писателям.

Часто о них говорится прежде всего как о людях, потому что именно как люди, личности, а не только своим творчеством они оставили след в душе автора.

Нашему читателю будет интересно прочесть о встречах Ка­ нетти с Бабелем в Берлине 20-х годов. Канетти пишет, что знал и любил тогда две его книги (на немецкий язык были уже переве­ дены «Конармия» и «Одесские рассказы». «Конармия», несом­ ненно, была близка нашему автору изображением революцион­ ной массы).

Канетти писал о Конфуции и о Толстом, о классиках Гёте и Георге Бюхнере и о знаменитых своих современниках — австрийских писателях Германе Брохе, Карле Краусе, Франце Кафке, Роберте Музиле. Во всех случаях он писал еще и о самом себе.

Из необозримых богатств культуры, созданной человечест­ вом, далеко не все, полагал Канетти, может сказать что-то нам, детям атомного века. Выбираешь то, что жизненно необхо­ димо.

Творчество Германа Броха, автора романа «Смерть Верги­ лия», близко Канетти пониманием роли писателя в современном мире. Об этой роли больше, чем о Брохе, говорится в речи, пос­ вященной его пятидесятилетию. Писатель, полагал Канетти, — это слуга своего времени, его измученный пес, тыкающийся мор­ дой во все его углы. Свободы от времени он не знает. Главная его обязанность — присутствовать. Присутствие и участие его, од­ нако, особые: писатель противостоит времени. Преданный пес, он одновременно и непримиримый его противник.

Какой резон был переводить на русский язык статью Канет¬ ти, посвященную Карлу Краусу? Блестящий публицист и драма­ тург, интеллектуальный властитель Вены конца 10-х — 20-х го­ дов, Краус у нас едва известен. Не лучше ли было начать с пере­ вода самого Крауса, чем давать очерк о его творчестве? Лучше, если очерк был бы таким, что помещают в справочниках и энци­ клопедиях. Канетти же пишет об оказавшем на него огромное влияние человеческом и творческом подвиге Крауса, не потеряв­ шем и сейчас значение примера.

Люди, полагает Канетти, обладают удивительной способно­ стью отодвигать опасность в будущее и не желают увидеть ката­ строфичность настоящего. Огромное влияние Крауса объясня­ лось, как полагает Канетти, не только его демократизмом и не­ навистью к войне, но и как раз тем, что не давалось большин­ ству, — его способностью ужаснуться, соединенной с «абсолют­ ной ответственностью». Обладавший особым ораторским да­ ром, Краус заставлял сотни людей, постоянно собиравшихся на его лекции, ужаснуться окружающей жизнью, с совершенной от­ четливостью увидеть, но еще в большей степени услышать (этой слуховой восприимчивостью Канетти не в малой мере обязан ему же) их город, их собственную страну и мир. Краус, пишет Канетти, был «мастером ужаса» и мастером решительно реаги­ ровать на ужаснувшие его явления. В статье «Первая книга — „Ослепление"» Канетти вспоминает, как на следующее утро по­ сле расстрела демонстрации 1927 года, в минуту глубокой ду­ шевной подавленности он увидел расклеенные по городу плака­ ты, требовавшие, чтобы полицей-президент Вены, давший при­ каз о расстреле рабочих, подал в отставку. Плакат был подпи­ сан единственным человеком — Краусом. Один, от своего лица, он потребовал справедливости.

В статье о Краусе есть и еще одна тема, важная и мучитель­ ная для Канетти. Правда, решение этой темы у Канетти и у Крауса разное. Дело в том, что в интеллектуальной публи­ ке, собиравшейся слушать Крауса, он видит две стороны: это и просвещенное собрание, это и одержимая толпа, готовая к травле. Канетти настораживало, что все здесь заранее готовы согласиться с оратором, что симпатии и антипатии поделены, что говоривший обладал даром бесконтрольно увлекать слуша­ телей. Масса не противостояла у Канетти интеллектуальной элите, как это обычно для тривиального восприятия. Элита — и это важнейший вывод Канетти — сама способна превратиться в массу. Синдромы массового сознания вездесущи. Опасность омассовления всеобща. Каждому полезно сказать себе, в какой мере зависим он от тех или иных расхожих идей и стандартов.

Идеи не только служат интеллектуальному освоению жизни.

Под их флагом, слепо их разделяя, люди сбиваются в кучки.

В записях 1979 года Канетти говорил о дурной заразительности веры и убеждений, убеждений, как определял их Достоевский, «не выдуманных, а предварительно данных». Против этой-то широко практикуемой слепоты, против «массового сознания»

протестовал писатель.

И «Ослепление» и «Масса и власть» не раз откликаются в статьях и «Заметках» Канетти. Порой в этом есть даже некото­ рая навязчивость.

Естественно было включить в русскую книгу Канетти статью о Толстом. Но сопоставление семейных отношений Толстого в последние годы жизни с пружинами борьбы между Терезой и Кином кажется невозможным. Пропорции неповторимого и общего в человеческой психике столь подвижны, что риско­ ванно видеть всюду одни и те же законы, тем более когда речь идет о гении.

Другое дело, когда речь заходит о политике.

Статья «Гитлер по Шпееру» могла бы быть просто рецензией на книгу воспоминаний гитлеровского архитектора. Но для Ка­ нетти воспоминания Шпеера — важный материал, свидетель­ ство, подтверждающее многие наблюдения, высказанные на страницах «Массы и власти». Личность Адольфа Гитлера цели­ ком строится как раз по общим законам, претерпевшим гротес­ кные и страшные превращения в его ненормальном, параноиче­ ском сознании. В воспоминаниях Шпеера подробно описана владевшая Гитлером мания строительства грандиозных зданий, способных вместить огромные массы народа.

Такие постройки будто и созданы были для того, чтобы держать в сплоченном единстве людей, слушающих фюрера. Они непременно должны были превзойти монументальностью, площадью, высотой соот­ ветствующие постройки в других странах. Гитлер был захвачен идеей числа, ненасытным интересом к количеству (без миллион­ ных чисел, замечает Канетти, он говорить вообще не умел). Еще до начала второй мировой войны, в как будто бы мирном деле — строительстве реализовалась идея захвата. В конечном итоге, заключает Канетти, суть сводилась к одному: к власти.

Предваряя сборник своих статей «Совесть литературы», бо­ льшинство из которых вошли в нашу книгу, Канетти каялся перед читателем в странной их разнородности. Высоты ду­ ха — Конфуций, Гёте, Бюхнер, Толстой, выдающиеся писатели XX века — и тут же речь заходит о Гитлере и нравственном ослеплении, захватившем народ Германии, или о трагедии Хиросимы (статья «Дневник доктора Хасия из Хиросимы»). Но оправданий не надо: в книге все так, как в жизни. После атомно­ го взрыва над Хиросимой и Нагасаки Канетти считает главней­ шим долгом писателя заставить людей понять реальную бли­ зость грозящей им катастрофы. Выдвигая особые требования к реализму в условиях современности, Канетти пишет о новом характере будущего: оно «не такое, как раньше, оно надви­ гается быстрее, и мы сознательно его приближаем». От расщепленного лица будущего — спасения или атомного унич­ тожения — не может отвернуться ни один человек (статья «Ре­ ализм и новая действительность»). В угрозе атомной катастрофы проявилась высшая бесчеловечность власти: властитель может порешить всех на Земле, власть имущие — остаться без уничто­ женных ими народов. (Именно такой образ будущего мелькает и в последнем романе швейцарца Фр. Дюрренматта «Правосу­ дие».) В поздних записях Канетти много печали. Как замечает ав­ тор, он стал скромнее: мечтает не о лучшем, а о том, чтобы по крайней мере все осталось как есть. «Хорошо спокойно жить на старом месте, хорошо побывать и на новых местах, о которых давно мечтал. Но лучше всего быть уверенным, что они не исчез­ нут, когда тебя не будет».

Но не таков Канетти, чтобы отчаяние и печаль стали главны­ ми в его творчестве. «Моя тоска полна гневом. Я из тех писате­ лей, которые негодуют», — говорит он о себе в записи 1973 года.

А в статье «Призвание поэта» он с глубоким сочувствием приво­ дит слова неизвестного, произнесенные накануне второй миро­ вой войны: «Будь я и в самом деле поэт, я должен был суметь по­ мешать войне». Наивная вера! Но какая в ней сила! Как важно людям рассчитывать на себя и свое разумение, чтобы не массо­ вое ослепление было нашей судьбой, а каждый влиял на движе­ ние жизни.

–  –  –

Есть прекрасный смысл в том, чтобы, пользуясь пятидесяти­ летием человека, обратиться к нему во всеуслышанье, чуть ли не силой вырвать его из плотного переплетения жизненных связей и поставить на возвышении, видного всем, со всех сторон, да так, будто он совсем одинок, будто приговорен к каменному, не­ минуемому одиночеству, хотя истинное, тайное одиночество его жизни, при всей его кротости и смирении, конечно, и без того причиняет ему достаточно мук. Кажется, будто этим обраще­ нием мы говорим ему: не страшись, ты уже довольно страшился за нас. Все мы должны умереть, но еще не ясно, должен ли уме­ реть и ты. Быть может, именно твоим словам суждено представ­ лять нас перед будущими поколениями. Ты служил нам верой и правдой. Время тебя не отпускает.

Чтобы придать этим словам, будто заклятию, полную силу, на них ставится печать пятидесятилетия. Ведь в нашем сознании прошлое делится на столетия, и рядом со столетиями ни чему уже нет места. Как только для человечества становится важным восстановить великую непрерывность своей памяти, оно затал­ кивает все, что кажется ему необыкновенным и значительным, в мешок столетий. Само слово, обозначающее этот отрезок вре­ мени, стало внушать нам почтение. Люди говорят о «секуляр¬ ном», словно на таинственном языке жрецов. Магическая сила, присущая некогда, у первобытных народов, более скромным числам три, четыре, пять, семь, — перешла теперь к столетию.

Даже то множество людей, что блуждает в прошлом с одной лишь целью — отыскать там истоки своего недовольства настоя­ щим, люди, впитавшие в себя горечь всех известных столетий, охотно отодвигают будущее, о котором мечтают, на более счаст­ ливые столетия.

Несомненно, столетие дает достаточно широкий размах меч­ таниям человека. Ибо если ему очень повезет, то он проживет этот срок *, такое иногда бывает, хоть это и маловероятно. Тем немногим, кому это действительно удалось, сопутствует удивле­ ние и всевозможные россказни. В старых хрониках такие люди педантично перечисляются по именам и званиям. Им уделяют еще больше внимания, чем богачам. Страстное желание отвое­ вать себе именно такой кусок жизни, видимо, с введением деся­ тичной системы и возвело столетие в такой высокий ранг.

Но Время, чествуя пятидесятилетнего, приветствует его на полпути. Оно предъявляет его следующим поколениям как достойного сохранения. Оно отчетливо выделяет его, возможно, против его воли, из редкой кучки тех, что существовали больше для Времени, чем для себя. Оно радуется тому пьедесталу, на который его поставило, и связывает с этим робкую надежду:

быть может, он, не умеющий лгать, видел землю обетованную и, быть может, еще об этом заговорит, ему бы оно поверило.

На этой высоте стоит ныне Герман Брох, и, говоря напрямик, я позволю себе утверждать, что в его лице мы должны почтить одного из немногих писателей, представляющих наше время.

Это утверждение имело бы больше веса, если бы я мог перечи­ слить здесь многих, кто не является писателем, хотя и слывет та­ ковым. Но мне кажется более важным, чем исполнение этой при­ своенной себе обязанности палача, найти у писателя такие свой­ ства, которые должны очень резко столкнуться для того, чтобы его можно было считать представителем своего времени. Если добросовестно заняться таким исследованием, откроется отнюдь не уютная и еще менее гармоническая картина.

То сильное, полное ужаса напряжение, в котором мы живем и от которого не смогла нас избавить ни одна из вожделенных бурь, воцарилось во всех сферах, даже в наиболее свободной и чистой сфере удивления. Да, наше время, если мы пожелаем очень коротко его охарактеризовать, можно определить как время, когда люди способны удивляться одновременно прямо противоположным вещам: например, тысячелетнему воздей­ ствию какой-либо книги и одновременно тому, что не все книги долго сохраняют свое воздействие. Вере в богов и одновременно тому, что мы ежечасно не падаем на колени перед новыми бога­ ми. Сексуальности, которой мы поражены, и одновременно то­ му, что это расщепление полов не идет глубже. Смерти, которой мы никогда не желаем, и одновременно тому, что мы не умираем еще в материнской утробе, подавленные тем, что нам предстоит.

Когда-то удивление поистине было тем зеркалом, о котором охотно говорят, которое переводит явления в более ровную и спокойную плоскость. Ныне это зеркало разбито и осколки удивления становятся все мельче. Но даже в самом маленьком осколке отражается не одно-единственное явление, оно безжа­ лостно тянет за собой свою противоположность; что бы ты ни увидел и как бы мало ты ни увидел, пока ты это видишь, оно уже само себя отрицает.

Так что не приходится ожидать, что с писателем, когда мы пытаемся уловить его отражение в зеркале, дело обстоит иначе, чем с закрученными песчинками повседневного бытия. С самого начала мы встречаемся с широко распространенным заблужде­ нием, будто большой писатель стоит выше своего времени. Ник­ то сам по себе не может стоять выше своего времени. Такие люди совсем не здесь. Им хочется быть в Древней Греции или среди тех или иных варваров. Дадим им такую возможность: чтобы оказаться так далеко, надо во многих отношениях быть слепым, а в праве заглушить в себе все пять чувств никому не откажешь.

Однако такой человек возвышается не над нами, а над суммой воспоминаний, например о Древней Греции, которые мы носим в себе, это, так сказать, экспериментирующий историк культу­ ры, изобретательно пробующий на себе то, что он верно уловил и что представляется ему истинным. Такой возвысившийся чело­ век еще беспомощнее, чем физик-экспериментатор, у которого, хоть он и занимается только какой-то отдельной областью своей науки, всегда остается возможность контроля. Возвысившийся выступает с более чем научной, с прямо-таки культовой претен­ зией; большей частью это даже не основатель секты; это священ­ нослужитель для себя одного; для себя одного совершает он обряды, и единственный верующий тоже он сам.

Но настоящий писатель, каким мы его себе мыслим, всегда во власти своего времени, он его слуга, его крепостной, его по­ следний раб.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 23 |

Похожие работы:

«Управление ЗАГС Кабинета Министров Республики Татарстан Вестник ЗАГС Республики Татарстан № 1 (52) Март 2015 г. г. Казань Под редакцией начальника Управления ЗАГС Кабинета Министров Республики Татарстан ШАВАЛЕЕВОЙ АЛЬБИНЫ РАФАИЛЕВНЫ Составители: Б.Т. Хафизов, О.Н. Захаренко, Р.Р. Замалеева Отв. за выпуск – Э.И. ЧИТАЛИНА Заказ № 52 100 экз. Информация о результатах осуществления контроля и надзора, а также о состоянии дел в сфере государственной регистрации актов гражданского состояния в...»

«том 176, выпуск 1 Труды по прикладной ботанике, генетике и селекции N. I. VAVILOV ALL-RUSSIAN RESEARCH INSTITUTE OF PLANT INDUSTRY (VIR) _ PROCEEDINGS ON APPLIED BOTANY, GENETICS AND BREEDING volume 176 issue 1 Editorial board O. S. Afanasenko, B. Sh. Alimgazieva, I. N. Anisimova, G. A. Batalova, L. A. Bespalova, N. B. Brutch, Y. V. Chesnokov, I. G. Chukhina, A. Diederichsen, N. I. Dzyubenko (Chief Editor), E. I. Gaevskaya (Deputy Chief Editor), K. Hammer, A. V. Kilchevsky, M. M. Levitin, I. G....»

«Свидетельство о регистрации ПИ №ФС77-43338 от 28 декабря 2010 года ПОЛИЦЕЙСКОЕ БРАТСТВО № 36 2014 г.POLICE BROTHERHOOD IPA 65! БУДУЩЕЕ ЗА НАМИ! IPA 65! THE FUTURE IS OURS! ПОЗДРАВЛЯЕМ! 01 октября — Кирсанов Анатолий Иванович Академия управления МВД РФ (75 лет) 11 октября — 10 лет со дня образования Северо-Осетинского РО ВПА МПА 14 октября — Числов Александр Иванович вице-президент ВПА МПА, президент Тюменского РО, член Общественной палаты РФ (65 лет) 22 октября — Аникин Игорь Алексеевич...»

«МИНИСТЕРСТВО ЗА ФИНАНСИИ УПРАВА ЗА ФИНАНСИСКО РАЗУЗНАВАЊЕ ГОДИШЕН ИЗВЕШТАЈ за работата на Управата за финансиско разузнавање во 2014 година Извештајот е изготвен согласно член 40 став 6 од Законот за спречување на перење пари и финансирање на тероризам (Службен весник на РМ бр. 130/2014). СОДРЖИНА: ВОВЕД I.УНАПРЕДУВАЊЕ НА ПРАВНАТА РАМКА ЗА СПРЕЧУВАЊЕ НА ПЕРЕЊЕ ПАРИ И ФИНАНСИРАЊЕ НА ТЕРОРИЗАМ ВО РЕПУБЛИКА МАКЕДОНИЈА.. I.1. Закон за спречување на перење пари и други приноси од казниво дело и...»

«ГОРЬКИЙ — К. А. ФЕДИН Публикуемая переписка Горького с Константином Александровичем Фединым (р. 1892), содержащая семьдесят писем, воссоздает картину творческих взаимоотно­ шений писателей на протяжении многих лет. «Я не только ваш „старый ученик, но и старый читатель;читаю я вас лет двадцать, с 1905 года.»,— писал Федин Горькому в одном из писем. Переписка началась в ян­ варе 1920 г., когда молодой Федин обратился к Горькому с письмом, спрашивая: «.где, в Каком направлении и как должен я...»

«14.04.2004 № 8/10784 ПОСТАНОВЛЕНИЕ МИНИСТЕРСТВА ФИНАНСОВ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 15 марта 2004 г. № 34 8/10784 Об утверждении Инструкции о порядке использования, учета и хранения драгоценных металлов и драгоценных (05.04.2004) камней В соответствии с Законом Республики Беларусь от 21 июня 2002 года «О драгоценных ме таллах и драгоценных камнях», Положением о Министерстве финансов Республики Бела русь, утвержденным постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 31 октября 2001 г. № 1585...»

«Тендерная документация № 09-11-20       на проведение открытого тендера:      Выбор поставщиков услуг по комплексной уборке помещений Ф-ла Банка ГПБ (АО) в г. Воронеже, расположенных в Белгородской и Курской областях, включая поставку необходимых расходных материалов.                       Председатель тендерной комиссии                          /И.В. Бирюкова/        Секретарь тендерной комиссии                                         /С.М. Юдин/          2015г.  1. Извещение о проведении...»

«Схема теплоснабжения г. Орел на период до 2028 г. Утверждаемая часть (Том 1) Муниципальный контракт от 20 сентября 2013 г. № Разработчик: ООО «Контроль Инвест» Орел 2013г. ООО «Контроль Инвест» «СОГЛАСОВАНО» «УТВЕРЖДАЮ» Генеральный директор Глава администрации ООО «Контроль Инвест» города Орла _/Берников М.Ю. _/Григорьянц А.В. «_» 2013г. «_» _2013г. М.П. М.П. Схема теплоснабжения г. Орел на период до 2028 г. Утверждаемая часть 2013 год Орёл ООО «Контроль Инвест» РЕФЕРАТ Отчет 153 с, 2 рис., 49...»

«И.К. Пустоветова МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПЕРЕВОЗКИ Лабораторный практикум Омск • 2012 Министерство образования и науки РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Сибирская государственная автомобильно-дорожная академия (СибАДИ)» И.К. Пустоветова МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПЕРЕВОЗКИ Лабораторный практикум Омск СибАДИ УДК 656.1 ББК 39.38 П 89 Рецензенты: д-р техн. наук, доц., зав. кафедрой «Организация перевозок и управление на транспорте» Е.Е. Витвицкий...»

«ФЕДЕРАЛЬНАЯ МИГРАЦИОННАЯ СЛУЖБА ИТОГИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ФМС РОССИИ В 2014 ГОДУ СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ РАСШИРЕННОГО ЗАСЕДАНИЯ КОЛЛЕГИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ МИГРАЦИОННОЙ СЛУЖБЫ МОСКВА ~1~   Итоги деятельности ФМС России в 2014 году: сборник материалов расширенного заседания коллегии Федеральной миграционной службы / Под общ. ред. руководителя ФМС России К.О. Ромодановского. – М.: ФМС России, 2015. – 185 с. Издание посвящено состоявшемуся 25 февраля 2015 года расширенному заседанию коллегии Федеральной миграционной...»

«УТВЕРЖДЕН годовым Общим собранием акционеров ОАО «Компания «Сухой» 17.06.2011 года Протокол годового Общего собрания акционеров от 17.06.2011 года № б/н Предварительно утвержден Советом директоров ОАО «Компания «Сухой» 17.05.2011 года Протокол Советом директоров ОАО «Компания «Сухой» от 20.05.2011 года № 17 ГОДОВОЙ ОТЧЕТ открытого акционерного общества «Авиационная холдинговая компания «Сухой» за 2010 год Генеральный директор М.А. Погосян Главный бухгалтер Е.Е. Ракушина Годовой отчет ОАО...»

«филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Алтайский государственный университет» в г. Славгороде СИСТЕМА МЕНЕДЖМЕНТА КАЧЕСТВА ОТЧЕТ Анализ системы менеджмента качества руководством филиала Славгород, 2014 Стр. 1 из 15 Версия: 1.0 Анализ СМК высшим руководством филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Алтайский государственный университет» в г. Славгороде СИСТЕМА МЕНЕДЖМЕНТА КАЧЕСТВА...»

«Приложение ФОРМЫ ЗАЯВОК КОНКУРСОВ 2012 ГОДА Форма «Т». Титульная лист заявки в РГНФ Название проекта Номер проекта Вид проекта (а, в, г, д, е, з) Область знания (код) Код классификатора РГНФ Код ГРНТИ Приоритетное направление развития науки, технологий и техники в Российской Федерации, критическая технология Фамилия, имя, отчество руководителя Контактный телефон руководителя проекта проекта Полное и краткое название организации, через которую должно осуществляться финансирование проекта Общий...»

«522 НАЧАЛЬНИКИ РО АРМИЙ СМОЛЬКИН Никита Афанасьевич 26.01.1910 г., с. Кендя, ныне Ичалковского райо на Республики Мордовия – 03.06.1966 г., г. Одесса. Мордвин. Полковник (16.12.1947). В Красной Армии с октября 1928 г. Член компартии с 1932 г. Окончил Объединенную военную школу им. В. И. Ленина (1931), специальный факультет Военной академии РККА им. М. В. Фрунзе (1938). В военной разведке с 1938 г., капитан (25.08.1938). С сентября 1938 г. секретный уполномоченный 1го (западного) отдела РУ РККА,...»

«е Минис терс тво здравоохранения Московской облас ти и об с По ля чей д ра « в.. » Министерство здравоохранения Московской области Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Московский областной научно-исследовательский клинический институт им. М.Ф. Владимирского» «Утверждаю» Заместитель директора ГБУЗ МО МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского по науке, образованию и международным связям профессор А.В. Молочков Сфинктерная недостаточность у детей с аноректальной...»

«ДАЙДЖЕСТ НОВОСТЕЙ В РОССИЙСКИХ СМИ Аудит, оценка 12 ноября 2008 года (обзор подготовлен пресс-службой компании «РУФАУДИТ») Д.В. Лысенко Малые аудиторские фирмы – ближайшие перспективы Представлена точка зрения на перспективы функционирования малых и средних аудиторских фирм в связи с отменой лицензирования в сфере аудиторской деятельности. В соответствии с Федеральным законом от 14.07.08 г. № 113-ФЗ «О внесении изменений в статью 18 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов...»

«ОТЧЕТ № 708/0 ОБ ОЦЕНКЕ РЫНОЧНОЙ СТОИМОСТИ 1 ОБЫКНОВЕННОЙ И 1 ПРИВИЛЕГИРОВАННОЙ АКЦИИ В СОСТАВЕ МИНОРИТАРНОГО ПАКЕТА АКЦИЙ ОАО «ЗЕЙСКАЯ ГЭС» Исполнитель: ООО «Институт проблем предпринимательства» Санкт-Петербург 2007 год Заместителю генерального директора по корпоративному управлению ОАО «УК ГидроОГК» Оксузьяну О.Б. Уважаемый Олег Борисович! В соответствии с Договором № 267-26-07 от 29 июня 2007 г., заключенного между Консорциумом оценочных организаций и ОАО «Зейская ГЭС», произведена оценка...»

«Шапка Изменения климата и его влияние на жизнедеятельность человека на Севере Методическое руководство по организации и осуществлению мониторинга климатических изменений и их влияния на традиционное природопользование и адаптацию хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера Автор-составитель Ю.М. Плюснин Москва УДК. ББК. П40 Издание осуществлено при финансовой поддержке. Плюснин Ю.М. Изменение климата и его влияние на жизнедеятельность человека на Севере: Методическое...»

«Специальный доклад Уполномоченного по правам человека Свердловской области ВНЕ ЗОНЫ ДОСТУПА О состоянии и проблемах реализации права на образование детьми с ограниченными возможностями здоровья и детьми инвалидами на территории Cвердловской области Поводом для изучения вопроса о состоянии и возможностях реализации детьми с ограниченными возможностями здоровья права на образование на территории Свердловской области послужили обращения родителей таких детей, других участников образовательного...»

«Приложение № Согласовано. Утверждаю. Председатель профсоюзной организации Директор школы _Р Миниярова Р. М. Фазлиахметова И. Г. Протокол заседания профкома Приказ № 80 от 6 декабря 2014 г № 6 от 5 декабря 2014 года ПРАВИЛА ВНУТРЕННЕГО ТРУДОВОГО РАСПОРЯДКА для работников Муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения основная общеобразовательная школа с. Гайниямак муниципального района Альшеевский район РБ 1. Общие положения 1.1. Настоящие Правила внутреннего трудового распорядка...»








 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.