WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |

«Казань Главный редактор Ответственный секретарь Рафаэль Хакимов Алсу Хуснутдинова Дизайн обложки Верстка Миляуша Хасанова Лия Зигангареева Редактор и составитель номера Рафик ...»

-- [ Страница 1 ] --

КАЗАНСКИЙ

ФЕДЕРАЛИСТ

№ 1-2 (31-32)

зима, весна

Казань

Главный редактор Ответственный секретарь

Рафаэль Хакимов Алсу Хуснутдинова

Дизайн обложки Верстка

Миляуша Хасанова Лия Зигангареева

Редактор и составитель номера

Рафик Абдрахманов

Учредитель

Автономная некоммерческая организация

«Казанский центр федерализма и публичной политики»



Мнения, выраженные авторами статей, не обязательно совпадают с точкой зрения редакции «Казанского федералиста»

Издание осуществляется при финансовой поддержке Фонда Джона Д. и Кэтрин Т. МакАртуров Издание зарегистрировано в Управлении Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Республике Татарстан (Татарстан)

Свидетельство о регистрации СМИ:

ПИ N ТУ 16-00266 от 10 декабря 2009 г.

Адрес редакции:

420014, Республика Татарстан, г. Казань, Кремль, подъезд 5, Казанский центр федерализма и публичной политики (КЦФПП) Тел./факс: (843) 292–50– E-mail: federalism@kazanfed.ru, arafic@mail.ru

Электронная версия:

http://www.kazanfed.ru/publications/kazanfederalist/ Отпечатано в множительном центре Института истории АН РТ 420014 г. Казань, Кремль, подъезд Тираж 300 Содержание Эволюция российского федерализма Ирина Бусыгина, Михаил Филиппов «Вертикаль власти» как освоение имперского проекта в России: что дальше?

Владимир Лексин Распределение полномочий между уровнями государственной власти как зеркало российского федерализма

Гульнара Хабибуллина Основные принципы регулирования компетенции конституционных и уставных судов субъектов Российской Федерации

Рафик Абдрахманов Сверхусиление президентско-правительственной власти в российской системе разделения властей (2000–2010 гг.)

Константин Кирюхин Об основных направлениях совершенствования политической системы России

Милена Глигич-Золотарева Выборы губернаторов: вчера, сегодня, завтра?

О порядке наделения полномочиями высших должностных лиц субъектов федерации: отечественный и мировой опыт........

Инга Паргачева

Изменение порядка формирования Совета Федерации:

новое или хорошо забытое старое?

4 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

Этническая составляющая российского федерализма Рафаэль Хакимов Судьба наций и право народов на самоопределение..................

Борис Железнов, Рамиль Хайруллин Право и национальная культура в Российском полиэтническом государстве

Гульнара Габдрахманова Гражданская идентичность в этносоциологическом измерении

Леонид Савинов

Объединение субъектов Российской Федерации:

новый институциональный дизайн

Евгений Клементьев, Александр Кожанов Культурно-языковые проблемы в идеологии умеренного крыла карельского движения

Розалинда Мусина Религия и религиозность в интеграционных / дезинтеграционных процессах в современном российском обществе (на материалах этносоциологических исследований в городах Татарстана)

Марат Лотфуллин Поликультурное образование как условие сохранения родных языков в рамках федеральных государственных образовательных стандартов

Гарун-Рашид Гусейнов, Анна Мугумова Современная система образования и тюркские народы в этноязыковой ситуации Республики Дагестан

Марат Гибатдинов

Учебники истории в поликультурном обществе:

опыт зарубежных стран

–  –  –

Ирина Бусыгина, Михаил Филиппов* «Вертикаль власти» как освоение имперского проекта в России: что дальше?

Для любой территориально протяженной страны вопрос о характере взаимоотношений между центром и территориальными единицами (регионами) является одним из ключевых. Таким образом, любое значительное изменение политической системы неизбежно включает пересмотр характера отношений между центром и регионами. На практике речь идет как о степени политической и экономической автономии, которой располагают регионы (субъекты федерации), так и об институтах, структурирующих взаимоотношения между ними и федеральным центром.

Возрастание неопределенности развития ситуации в России, связанной с появлением гражданского протестного движения, затрагивает и сферу территориальных отношений. Так, одной из активно обсуждаемых институциональных новаций является возвращение прямых выборов глав исполнительной власти регионов.





В настоящее время в России территориальные отношения структурированы через две принципиально противоречащие друг другу подсистемы:

федеративную и ту, которая получила название «вертикаль власти». Нормативно Россия продолжает оставаться федерацией, однако реальные политические отношения между центром и регионами регулируются институтами обмена политической лояльности и поддержания порядка и стабильности со стороны регионов на уступки и трансферты со стороны федерального центра. Такие отношения укладываются в рамки известной модели «принципал-агент», более того, они способствуют консервации центропериферийного характера отношений между центром и регионами, который был изначально присущ России как империи. Несмотря на то, что подобное положение демонстрирует очевидную неэффективность и не содержит источников развития, оно продолжает поддерживаться. Большинство экспертов, исследователей и политиков убеждены в том, что, принимая * Бусыгина Ирина Марковна – доктор политических наук, профессор, директор Центра региональных политических исследований ИМИ МГИМО (г. Москва); Филиппов Михаил Георгиевич – профессор Университета штата Нью-Йорк (США).

6 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

во внимание размер территории страны, ее разнообразие и полиэтнический характер, федерализм является единственной альтернативой имперским «центро-периферийным» территориальным отношениям. Почему же перехода к альтернативе – реальному федерализму – не происходит?

Что имеем: федерализм и «вертикаль власти»

Согласно Конституции, которая воплощает стратегический выбор государства, в том числе и в отношении институтов, регулирующих отношения федерального центра и регионов, Россия по-прежнему является федеративным государством. Однако федерализм – это не только институциональное состояние (особым образом выстроенный институциональный дизайн), но и состояние политии. Федерализм фокусирует наше внимание на существующих или потенциально вероятных угрозах; федеративный порядок «честно» отображает существующую объективно подлежащую решению проблему. И в этом смысле, федеративная форма сама по себе уже что-то решает. С исчезновением механизма, посредством которого артикулируется проблема, сама проблема решения не найдет.

В классической интерпретации, при демократии и федеративном порядке (т.е. существовании двух политически автономных уровней власти с собственной легитимацией), политический класс хочет выборных должностей – на национальном и на региональном уровнях. Зачем члены политического класса стремятся к получению должностей, с целью ли помочь народу или же с целью укрепить свое материальное благополучие – это отдельный вопрос. Однако если политики федерального и регионального уровней в состоянии оказать друг другу взаимную помощь в борьбе за должности на разных уровнях, если они гармонично взаимодействуют, помогая тем в центре, кто помогает им на местах, то возникает американская или германская система – политическая и партийная. В этих развитых политических и партийных системах федеральный и региональный уровни политически интегрированы, поскольку люди, работающие на этих уровнях, интегрированы через взаимную заинтересованность друг в друге, в частности, в рамках политических организаций к которым они принадлежат.

Тезис о том, что взаимодополняемость стимулов политиков действующих на различных уровнях ведет к формированию успешно функционирующих федераций, находит свое подтверждение в наиболее «образцовых» случаях – США и Германии. К этому списку можно еще добавить Индию, Австралию, и Швейцарию. Все эти системы, к тому же, и крайне успешные демократии (в случае с Индией, демократия работает вопреки

Ирина БУСЫГИНА, Михаил ФИЛИППОВ. «Вертикаль власти»…

исходно крайне сложным экономическим обстоятельствам и этническирелигиозным конфликтам)1.

Множественность точек, в которых протекают политические процессы (иными словами, выигрываются выборы и заседают законодательные органы), и создает пространство для возникновения взаимной заинтересованности между рассредоточенными представителями политического класса.

В России после развала Союза ССР фактически с нуля строится новая политическая система, которая заявлена как демократическая. Демократия (в отличие от империи и советского государства) в принципе предусматривает качественно различные способы решения территориальной проблемы:

демократическое государство может быть и федеративным и унитарным.

Однако реального выбора способа решения территориальной проблемы у российского политического класса не было в силу ряда причин, главной из которых являлось то, что в этот период (конец 80-х – начало 90-х гг.) сегментарные различия с появлением нового ресурса – массовой политики – впервые приобретают политическое значение (прежде всего в этнических регионах). Элиты регионов, еще в раннесоветское время образованные на этнической основе, опираясь на этническую мобилизацию, добиваются привилегированного положения – крайне высокой степени автономии от центра. Ни игнорировать устремления регионов, ни подавить их центр, занятый жестким противостоянием внутри себя по линии «реформаторыдемократы» / «консерваторы-коммунисты», не в состоянии. Так что федерализм становится «выбором без выбора», средством хоть какой-то гарантии лояльности регионов.

В России в период с 1994 г. и до конца 90-х гг. демократические институты служили фасадом для реального политического процесса, связанного с пределом государственной собственности; формальное введение главным актором (президентом) этих институтов не решало задачи создания демократического режима и даже такой задачи не ставило. Основной структурной характеристикой режима этого периода являлось преобладание неформальных институтов; правящую коалицию формировали две категории акторов – крупнейшие экономические акторы («олигархи») и часть глав регионов, политические партии действовали на периферии системы2.

Прямые выборы глав регионов, изменение порядка формирования Совета Федерации, массовое подписание двусторонних договоров между федеральным центром и регионами резко усилили степень региональной автономии; во второй половине 90-х гг. федеральный центр потерял основные Filippov M., Ordeshook P., Shvetsova O. Designing Federalism: A Theory of Self-Sustainable Federal Institutions. Cambridge: Cambridge University Press, 2004.

Рыженков Сергей. Динамика трансформации и перспективы российского политического режима // Неприкосновенный запас. 2006. №6. С. 65–78.

8 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

рычаги воздействия на ситуацию в регионах (возможности главного актора были крайне ограниченны), а уровень неуправляемой регионализации в стране достиг максимальной отметки. В регионах формируются автономно функционирующие моноцентрические политические режимы, по отношению к которым центр играет роль внешнего актора3.

Трансформация политического режима, начавшаяся в 1999–2000 гг.

привела к изменению характера отношений между центром и регионами, более того, выступления региональной коалиции (имеется в виду оппозиционный избирательный блок «Отечество – Вся Россия»), пусть и не имевшие надежды на успех, подсказали новому главному актору «направление основного удара»: территориальные отношения, новый формат решения территориальной проблемы. Начатая президентом «федеральная реформа», разворачивающаяся по нескольким направлениям, не встретила организованного сопротивления ни у региональных элит, ни у политических партий.

Значительная опора на силовые структуры, конституционное большинство, которое партия власти – «Единая Россия» – получила в Государственной Думе, наконец, начавшийся период экономического роста позволили новому главному актору резко сузить состав правящей коалиции, понизив, в частности, уровень представительства региональных интересов на федеральном уровне и крайне значительно сократив степень региональной автономии. Основной характеристикой нового политического режима было крайне существенное ограничение политической конкуренции.

Переход от несовершенного «ельцинского» федерализма (который, по сути, означал хаотическую децентрализацию при слабом федеральном центре и непопулярном президенте) к некоему новому формату отношений между центром и регионами обычно описывался как усиление централизации при упрощении управленческих процедур. Исследователи писали о том, что в новом формате регионы стали возвращаться в положение объектов унитарного управления, а сама система отношений (т.н. вертикаль власти) может быть описана как унитарный федерализм4 (что-то вроде «вертикального горизонта»).

Однако с течением времени выяснилось, что вертикаль власти, хотя, возможно, и задуманная с целью унитаризации, это вовсе не строгая иерархия унитарного государства, она гораздо больше напоминает имперский (или подобный ему) порядок. Согласно Владимиру Гельману и Сергею Рыженкову, в условиях российской вертикали власти, акторы (локальных режимов) «знают, что аппарат власти безразличен к некоторым результаГельман Владимир, Сергей Рыженков и Майкл Бри. Россия регионов: трансформация политических режимов. М., 2000.

См. например, Швецов Александр. Тупики модернизации региональной политики в условиях укрепления «вертикали власти» // «Казанский федералист». 2010. №3–4. С. 14–15.

Ирина БУСЫГИНА, Михаил ФИЛИППОВ. «Вертикаль власти»… там политического процесса». Федеральный центр требует от региональных властей, во-первых, исполнения действий по социальному патронажу, а, во-вторых, гарантию определенных электоральных результатов и поддержания политически спокойной обстановки5.

Такой порядок весьма напоминает имперский. Понятно, что в современных условиях никакая степень внутрисистемного принуждения не может обеспечить жизнеспособность многонационального государства, пока это идет вразрез с интересами региональных элит. Поэтому империя пытается добиться заинтересованности региональных элит в стабильности центра путем устранения политической конкуренции и «назначения» в элиту на основе принципа личной преданности руководству центра6. При этом, не располагая достаточными ресурсами для тотального контроля над регионами, империя вынужденно допускает элементы нецентрализации (не путать с децентрализацией) – то есть безразличие и терпимость к действиям региональных властей за пределами договоренностей.

«Вертикаль власти» в рамках подхода «принципал-агент»

Складывающаяся в России вертикаль власти хорошо описывается в рамках известной модели «принципал-агент». Итак, «А (агент) подотчетен Б (принципалу) при соблюдении двух условий. Во-первых, А обязан (по крайней мере, в некоторой степени) действовать от лица Б. Во-вторых, Б имеет возможность – через формальные институты или неформальные правила – наградить или же наказать А за его действия»7. В этой системе подотчетность агента – это характеристика институционального соглашения или же механизм, определяющий принципал-агентские отношения. Институты, которые порождают позитивные последствия для «хорошего» поведения агента и негативные последствия в случае его недостаточных или неверных действий, это институты, определяющие или гарантирующие его подотчетность.

Обычно через принципал-агентскую модель объясняют отношения между гражданами (принципалами) и политиками и чиновниками (агентами) в демократиях. Институциональная теория демократии говорит о том, что в демократии основным механизмом, посредством которого граждане добиваются подотчетности политиков, являются выборы. Они дают возможность гражданам отозвать политиков, которые не действуют в их интеСм. Гельман В.Я., Рыженков С.И. Локальные режимы, городское управление и «вертикаль власти» в современной России (http://www.politex.info/content/view/764/30/).

Бусыгина Ирина, Филиппов Михаил. Проблема вынужденной федерализации // «Pro et Contra». 2009. Том 13. № 3–4.

Ferejohn, John. 1999. «Accountability and authority: Toward a theory of political accountability.»

In Democracy, accountability, and representation, ed. A. Przeworski, S. Stokes and B. Manin.

Cambridge: Cambridge University Press.

10 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

ресах даже в том случае, если представления граждан о том, что для них лучше (т.е. что является их интересом), достаточно расплывчато8. Однако выборы, как институциональный механизм, поддерживающий политическую подотчетность, имеет серьезные ограничения. Потери в контроле над агентами неизбежны, поскольку отношения между гражданами и политиками основаны на весьма несовершенном наблюдении (граждане просто не в состоянии получить исчерпывающую информацию о поведении политиков и адекватно ее интерпретировать). Так что в принципал-агентской рамке избиратели всегда будут получать недостаточный результат, оставляя часть ренты агентам (политикам). В литературе обсуждаются различные институциональные механизмы, такие как система сдержек и противовесов, которые могут либо смягчить, либо усилить эти потери в подотчетности агентов.

Потери возникают и из-за того, что политики и чиновники подотчетны по многим направлениям и задачам одновременно. Данная проблема основана на следующем наблюдении: концентрация усилий на одной задаче может привести к недоработке в решении других задач9. В идеальном случае стимулы и усилия должны оптимально распределяться между различными задачами, однако без специальных усилий принципала (т.е. без признания неизбежности дополнительных потерь), агент будет склонен игнорировать решение «менее вознаграждаемой» задачи. Подобным же образом, в ситуации с множественными принципалами вероятность такого поведения агента заставляет принципалов конкурировать за агента и его внимание и, либо перераспределять ренту, либо терпеть дополнительные потери. Формальный анализ проблемы принципал-агентских отношений в случае наличия многих задач и многих принципалов, ведет к следующему интуитивному заключению: если поведение агента оценивается на основе конфликтных по отношению друг к другу критериев, его гораздо сложнее контролировать и стимулировать его желательные действия10.

В литературе описаны и иные причины агентских потерь. Например, потери могут происходить в результате различия целей, когда цели агента отличны от целей принципала, а также как результат информационной асимметрии, при которой агент обладает большей информацией, чем принципал и пользуется этим преимуществом. Более того, если агент способен скрыть от принципала свою суть и свои действия, он вполне может «увилиPrzeworski, Adam. 2003. States and markets: a primer in political economy. Cambridge: Cambridge University Press.

Dewatripont, M, I. Jewitt, and J. Tirole. 2000. «Multitask Agency Problems: Focus and Task Clustering.» European Economic Review 44 (4–6): 869–77.

Mulgan, R.G. Holding Power to Account: Accountability in Modern Democracies. Palgrave Macmillan (UK), 2003.

Ирина БУСЫГИНА, Михаил ФИЛИППОВ. «Вертикаль власти»… вать» от работы11. А поскольку политики для реализации своих решений нуждаются в услугах чиновников, для последних открываются возможности для коррупции12.

В России отмена прямых выборов губернаторов, ведущая к сокращению политической конкуренции, поставили региональную исполнительную власть в положение агента по отношению к власти федеральной (принципалу). Действительно, в новой системе губернаторы подчинялись и действовали от лица федеральной власти, которая располагала набором рычагов как для их наказания, так и вознаграждения. При этом основным требованием принципала по отношению к агенту выступало поддержание лояльности и обеспечение «заказанных» центром электоральных результатов. За пределами этих договоренностей (при их исполнении) центр попустительствовал региональным властям, предоставляя им свободу действий, которая и выступала в качестве вознаграждения для агента. Помимо этого, региональные власти имели (и имеют) возможности для повышения степени этой свободы, пользуясь информационной асимметрией в свою пользу – то есть зачастую предоставляя неполную информацию о своих действиях или же попросту дезинформируя его. Доступ к распределению богатства обеспечивал единство вертикали власти и механизмы лояльности.

Вертикаль власти в контексте подхода «центр-периферия»

Существующая сегодня в России вертикаль власти не только описывается в рамках подхода «принципал-агент», но и соответствует (и ведет к постоянному воспроизведению!) присущей нашей стране модели «центрпериферия».

Подход «центр-периферия», столь популярный в политической науке, геополитике, международных отношениях базируется на предположении о том, что сколь бы ни были сложны отношения в пространственной системе, всегда существует «центральное место», которое имеет особое политическое, экономическое, культурное значение. Важно, что если само расположение этого «особого места» может меняться, общая идея о его непременном наличии неизменна. Однако если в системе существует центр, то существует и место (места) с противоположными свойствами, т.е. периферия13. Что является движущей силой сохранения центром своих исключительных качеств и поддержания роли в системе? Базовым условием является способность к инновациям и ее постоянное поддержание.

John Brehm and Scott Gates. 1997. Working, Shirking, and Sabotage: Bureaucratic Response to a Democratic Public, Ann Arbor, MI: University of Michigan Press.

Bohara, Alok, Neil Mitchell, Mani Nepal, and Nejem Raheem. 2008. «Human Rights Violations, Corruption, and the Policy of Repression.» Policy Studies Journal 36 (1): 1–18.

Parker G. Geopolitics: Past, Present and Future. London and Washington: Pinter, 1998, p.140.

12 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

Модель «центр-периферия» описывает особый характер отношений между различными типами пространства; эти отношения основаны на обмене: инновации и финансовые трансферты из центра в обмен на ресурсы с периферии и ее политическую лояльность. Очевидно, что это неравноправный обмен, где стороны выступают не как партнеры, а как два иерархических уровня – периферия подчинена центру. Важнейшая характеристика периферии – отсутствие политической автономии и минимум экономической. Важнейшей характеристикой всей системы является приоритет вертикальных связей при недоразвитии горизонтальных, т.е. связей между перифериями.

Модель центр-периферия принципиально построена на приоритетном положении центрального места, т.е. работает в пользу центра: именно центр является бенефициаром в рамках модели и в его истинных интересах сохранять и поддерживать «статус-кво», в т.ч. посредством предотвращения развития контактов между перифериями и выстраивания региональных «антицентристских» коалиций. В целом модель центр-периферия соответствует характеру территориальных отношений, традиционно присутствующих в империи, однако я сознательно избегаю описания такого рода отношений как «имперских», поскольку последние подразумевают еще целый ряд сущностных характеристик, которые в данной статье не рассмотрены.

Центро-периферийный подход представляется тем более оптимальным в случае России, которая, по крайней мере, по состоянию на сегодня, по факту не является ни федерацией, ни унитарным государством. Тем самым, подход центр-периферия позволяет поместить страну в другую аналитическую рамку, отличную от традиционной дихотомии федерация – унитарное государство.

Характер взаимоотношений между центром и регионами в России сегодня отвечает т.н. модели центр-периферия; чрезмерная централизация, отсутствие альтернативных (Москве) центров в территориальной структуре страны и слабые горизонтальные связи представляют собой устойчивые характеристики российского политического и экономического пространства и постоянно воспроизводятся во времени.

Мы утверждаем, что существует двусторонняя негативная связь между центро-периферийной моделью и характеристиками государства в России: модель накладывает ограничения на поведение государства и возможности его модернизации, в то же время современное государство способствует сохранению центропериферийной модели. Единственной альтернативой центро-периферийной модели является модель федеративная. Однако изменение сложившегося «статус-кво», даже при наличии значимых предпосылок и политической воли, неизбежно потребует модернизации самого государства, что сопряжено с серьезными рисками и едва ли возможно в кратко и среднесрочной перспективах. Успешный переход к федеративной модели требует создания

Ирина БУСЫГИНА, Михаил ФИЛИППОВ. «Вертикаль власти»…

устойчивой коалиции федеральных и региональных политиков, что труднодостижимо на практике.

Чрезвычайно важным представляется то, что модель центр-периферия и ее воспроизведение в виде вертикали власти, накладывает существенные ограничения не только на сам характер российского государства, но и на перспективы его модернизации. Во-первых, в государствах, основанных на «ограниченной политической конкуренции» (случай России), стабильность политических режимов достигается за счет поддержания относительно узкой правящей коалиции с привилегированным доступом к политическим и экономическим ресурсам. Защищенность элитной коалиции и ее особый статус реализуются через контроль над важнейшими социальными организациями общества: судами, военными и полицейскими силами, региональными правительствами, СМИ, церковью и т.п. Ограниченный доступ к экономическим и политическим ресурсам обеспечивает возможности для создания и поддержания ренты для элиты. Поскольку такая рента с большой долей вероятности окажется под угрозой при усилении степени конфликтности в обществе или внутри элиты, стремление гарантировать себе продолжение извлечения ренты заставляет правящие элиты накладывать на себя определенные обязательства по поддержанию социального порядка и стабильности14. Как правило, эти обязательства реализуются через методы «ручного управления». Этот порядок опирается на личности политиков и их способность принимать «правильные», эффективные решения. Чтобы иметь успех, такое упорядочивание требует подбора лояльных руководителю исполнителей, и потому требует прямого контроля вышестоящего руководства над составом основных игроков и их действиями. Модель центрпериферия представляет собой частный (в смысле – не единственный), однако чрезвычайно яркий случай «ручного управления» с целью поддержания территориальной стабильности государства.

Во-вторых, что очень важно, модель центр-периферия фактически укрепляет неподотчетность государства, что означает, что государство является инструментом узких групп и специальных интересов (обслуживает прежде всего их), а не широкого общественного интерес. В этом случае реальными, а не декларируемыми приоритетами государства становятся узкие задачи, в общем виде сводящиеся к (1) географически локализованным государственным расходам, таким образом, что эти расходы следуют не экономической, а политической логике (даже в том случае, если эти расходы создают блага, имеющие вид общественных благ, пример – Чечня и другие республики Северного Кавказа) и (2) ренте, т.е. весь спектр субсидий, специальных (особых) налоговых процедур, регулятивных исключений и других форм дотаций от правительства. Чрезмерная роль особых инPrzeworski, A. Democracy and the Market. Cambridge: Cambridge University Press, 1996.

14 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

тересов не только искажает смысл демократической ответственности, но и искажает экономические стимулы. Фактически речь идет о приватизации государственной политики15.

Соблазн совмещения: почему мы не отказываемся от федерализма?

Если подлинный федерализм в России не состоялся, то что мешает отказаться от него и нормативно, изменив федеральную Конституцию? Казалось бы, это представляло бы собой наиболее разумное решение для федеральной власти. Однако этого не происходит. Россия остается, по выражению Андрея Захарова, «федерацией без федерализма». Более того, «последовательное игнорирование федералистских подходов и методов со стороны руководства страны не сопровождалось естественным, казалось бы, стремлением вовсе изгнать федерализм из правовой сферы, пересмотрев конституционные основы российской государственности»16.

Федерализм в современной России остается «спящим» институтом, хотя эта ситуация в принципе не уникальна: известен опыт латиноамериканских федераций (Бразилии, Мексики, Аргентины и Венесуэлы), где развитие федерализма представляло собой длительный нелинейный процесс, который характеризовался многочисленными периодами движения как в сторону большей унификации и централизации, так и в сторону федерализации и децентрализации, а также высокой степенью политической и конституционной нестабильности. В частности, усиление президентской власти и личной популярности президентов приводило к ослаблению практики федерализма, а периоды политически неустойчивых и менее популярных президентов – к возврату федеративных практик.

Понятно, что сохранение в федеральной Конституции федеративных принципов потенциально дает возможность «реанимировать» их при определенных обстоятельствах (прежде всего, в случае разворачивания процессов политической модернизации). Интересны, однако, причины совмещения двух проектов – федеративного и вертикали власти. Нам представляется, что задействован целый комплекс причин.

Во-первых, существенную роль играет боязнь потрясений и конфликтов, прежде всего со стороны этнических регионов. «Гипотетическое свертывание федерализма неминуемо обострило бы так называемый «национальный вопрос». В плане взаимоотношений этносов России в имперский период так и не удалось создать гомогенного государства-нации, а в советский период – сформировать целостную общность гражданского типа. НаБусыгина И.М., Филиппов М.Г. Политические условия и ограничения инновационного развития в России // «Вестник Института Кеннана». М., 2010. Выпуск 18.

Захаров Андрей. Российский федерализм как «спящий» институт // «Неприкосновенный запас». 2010. № 3.

–  –  –

циональные республики России по-прежнему обладают значительным потенциалом политической, а кое-где и военной, мобилизации населения»17.

«Отменить» федерализм – означает пойти на открытую конфронтацию с руководством этнических регионов. Федеральная исполнительная власть просто не может себе позволить этого, особенно при наличии нового фактора – распространения протестного движения.

Во-вторых, отсутствует консенсусная стратегия: даже если будет принято решение об изменении Конституции, и это решение будет «продавлено» через Государственную Думу, остается совершенно неясным, на что федерализм может быть заменен, иными словами, какой может быть конституционная альтернатива федерализму. Ведь территориальные отношения так или иначе должны быть описаны в Конституции. К тому же, свою роль играет и то, что современный «бумажный» федерализм как будто никому не мешает. Так зачем же рисковать и разрушать «статус-кво»?

Наконец, и это, возможно, основная причина сосуществования двух порядков, у нынешней системы есть свои «победители», то есть акторы, которые выигрывают именно от данного положения. Понятно, что существующая система неэффективна в целом, однако это вовсе не означает, что она невыгодна для отдельных акторов. Такими «текущими победителями»

являются как федеральная исполнительная власть, так и многие, тесно связанные с ней, главы регионов. Игра для них оказывается с преимуществом:

федеральная власть получает стабильность и послушание, а главы регионов

– отсутствие риска от конкурентных выборов и свободу маневра при выполнении договоренностей с центром. Есть в этой системе и проигравшие – это представительные институты, это политические партии, наконец, это общество в целом.

Восстановление института выборов губернаторов: что это может изменить?

Закон о прямых выборах губернаторов вступает в силу 1 июня 2012 г.

и выборы губернаторов по новой процедуре могут пройти этой осенью в четырех субъектах Федерации: осенью полномочия закончатся у глав Амурского края, Белгородской, Брянской и Новгородской областей.

Чего можно ожидать? Является ли восстановление выборов сигналом поворота к подлинному федерализму? По мнению президента Центра стратегических разработок Михаила Дмитриева, при быстром распространении недовольства сложившейся в стране ситуацией в глубинку, в регионы, «выборы губернаторов приведут к кардинальной трансформации политической ситуации в стране. Это будет примерно так, как происходило с Михаилом Горбачевым в конце 80-х годов, когда выборы в республиканские

Там же.16 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

парламенты дали гораздо большую легитимность местным республиканским лидерам и создали для них стимулы оппонировать ослабленной центральной власти. В России идущие на более открытые выборы губернаторы могут получить дополнительный потенциал легитимности. И они будут мотивированно оппонировать федеральным властям, потому что федеральные власти будут терять популярность, а недовольное население будет ждать от губернаторов протестных действий. И это будет иметь последствия в чем-то похожие на то, что происходило с Советским Союзом в конце 1980-х годов, то есть ослабление центральной власти в пользу тогда еще республиканских властей. Потом это перекинулось и на внутрироссийскую федеральную власть в начале 90-х годов...».

Это взгляд оптимиста. Однако можно ожидать и менее оптимистических последствий. Во-первых, возвращение выборов губернаторов при сохранении их фактической зависимости от центра, может привести к появлению у губернаторов двух принципалов с конкурирующими интересами – федеральной власти и граждан. Данное обстоятельство, с одной стороны, поставит губернаторов в более сложную игровую ситуацию, но, с другой, даст им потенциальную возможность для маневра и уклонения от «правильных» действий посредством манипулирования и игры на противоречии интересов двух принципалов.

И, во-вторых, даже если возвращение выборов губернаторов рассматривать как важный и необходимый шаг в сторону подлинной федерализации, то шаг этот явно недостаточен: проблема состоит в том, что сменой одного института обойтись невозможно. Институты (в данном случае федеративная институциональная подсистема) работают только все вместе, как система. Иными словами, федерализм как «не самоподдерживающийся» порядок требует не только демократического конкурентного политического процесса, но и так называемых гарантий. Во что вырождаются территориальные отношения при отсутствии этих условий и гарантий в России хорошо известно – это наш опыт начала 2000-х годов.

Федерализация в России потребует времени, инвестиции значительных экономических и политических ресурсов и будет неизбежно связана с серьезными рисками. Политически федерализм намного сложнее высчитывания баланса выгод и издержек, приводящего к определению самой эффективной схемы децентрализации государственных функций и решений. Как политический процесс, выбор степени децентрализации в федерации существенно осложняется из-за взаимодействия нескольких равноправных правительств и необходимости создания и поддержания одновременно баланса сил и возможностей конкуренции.

Владимир Лексин* Распределение полномочий между уровнями государственной власти как зеркало российского федерализма

1. Постановка проблемы. Что есть «полномочие»

Распределение полномочий между федеральными, региональными и местными органами власти крайне редко рассматривается в контексте проблематики российского федерализма, хотя этот вопрос, по моему убеждению, первостепенный. Действительно, от того как, почему и в каких пропорциях первоначально установлены (и затем постоянно перераспределяются) эти полномочия напрямую зависят собственные и пересекающиеся компетенции «центра», регионов и органов местного самоуправления, возможности самостоятельной деятельности субъектов РФ и все реалии «бюджетного федерализма».

Сложившаяся схема разграничения полномочий является своеобразным административным основанием федеративных отношений, позволяя «центру» реально стоять над субъектами РФ в роли определяющего содержание, контролирующего и в ряде случаев финансирующего выполнение их полномочий.

Слово «полномочие» появилось в русском языке ещё в XVIII в. как производное от слов «полная» и «мочь». Сначала «полномочие» было, так называемым, «книжным словом», употребляемым в письменных текстах для обозначения полноты (реальности, властного характера и ресурсной обеспеченности) исполнения того, что кто-то (определенное лицо или орган) мог делать в связи с его статусным положением или поручением. За два с лишним века этимологический смысл этого слова практически не изменился, оставаясь таковым и в его производных (в первую очередь, в слове «уполномоченный», то есть наделённый полнотой всего необходимого для исполнения своей статусной роли или поручения). При широчайшем распространении «полномочия» остаются одной из самых неопределённых юридических категорий, содержание которой раскрывается не в Конституции РФ и не в федеральных законах, а в процессе чтения «между строк»

этих важнейших актов и в комментариях правоведов. При этом и на официальном, и на обиходном уровне часто происходит отождествление или неЛексин Владимир Николаевич – доктор экономических наук, профессор, Институт системного анализа РАН (г. Москва).

18 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА.

объяснённые взаимоперетекания смысла понятий «полномочие», «предмет ведения» и «компетенция».

Предметом ведения в российской юридической практике принято обозначать конкретную сферу правообеспеченных властных действий государства, субъектов РФ и муниципальных образований (в ряде случаев – их органов и должностных лиц), и важно подчеркнуть, что в Конституции РФ это понятие «разведено» с «полномочиями». Так, в ст. 71 и 72 Конституции РФ сферы деятельности «центра» и совместно «центра» и субъектов РФ объединены понятием «ведение», а в ст. 73 появляется словосочетание «вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ». Далее, в ст. 77 это словосочетание практически (без слова «вне») дублируется, т.е. и там «ведение» не отождествляется с «полномочиями по предметам ведения».

О «полномочиях» как о чём-то само собой разумеющемся и не связанным с «предметами ведения» последовательно сообщается в ст.ст. 78 и Конституции РФ: «Президент РФ и Правительство РФ обеспечивают в соответствии с Конституцией РФ осуществление полномочий федеральной государственной власти на всей территории Российской Федерации» и «Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами». Точно так же в блоке конституционных статей о Президенте РФ после перечисления его статусных отличий и сфер деятельности (характерны глагольные формы «принимает меры», «определяет», представляет», «назначает», «отзывает», «принимает решение») в ст.

неожиданно появляется интересующее нас понятие: «Президент РФ приступает к исполнению полномочий», «Президент РФ прекращает исполнение полномочий». Здесь же впервые в тексте Конституции появляется слово «обязанности» («Во всех случаях, когда Президент РФ не в состоянии выполнять свои обязанности»), видимо, адекватное понятию «полномочия».

Аналогичным образом возникает понятие «полномочие» и в конституционных статьях о Правительстве РФ. После перечисления в ст. 114 того, что оно «разрабатывает», «обеспечивает» и «осуществляет», всё это называется «полномочиями» (в словосочетании «иные полномочия», т.е. сверх конкретно перечисленных направлений деятельности), а ранее (ст. 78) говорилось и о том, что «федеральные органы исполнительной власти для осуществления своих полномочий могут создавать свои территориальные органы и назначать соответствующих должностных лиц». Без упоминания особого типа «полномочий» не обошлись конституционные положения о местном самоуправлении, сфера деятельности которого была обозначена как решение населением (!?) вопросов местного значения». В ст. 132 ука

<

Владимир ЛЕКСИН. Распределение полномочий…

зывалось, что «органы местного самоуправления могут наделяться законом отдельными государственными полномочиями»… Реализация переданных полномочий подконтрольна государству».

Итак, можно предположить, что творцы Конституции РФ зачем-то отличали «полномочия» от «ведения», «предметов ведения» и «обязанностей». Добавлю, что «полномочия» не тождественны и «компетенции», которая согласно теории права есть совокупность предметов ведения и полномочий, прав и обязанностей «центра» и регионов, государственных и муниципальных органов, а также органов управления организациями.

Что же в этом случае следует понимать под «полномочиями», реализация которых составляет основную содержательную часть деятельности разноуровневых органов власти и основное проблемное поле федеративных отношений? Теоретически юридический смысл понятия «полномочия»

трактуется как способность субъекта права совершать юридически значимые действия, которыми он наделяется другим субъектом права. В прикладном понимании этого термина соединились право на соответствующую деятельность и обязанность её выполнения (реализации права), а носителями так понимаемых полномочий становятся Президент РФ и Правительство РФ, государственные и муниципальные органы власти, представляющие их должностные лица и (менее интересующие нас в этом докладе) органы корпоративного управления. Особенностью полномочий в федеративной России является различное соотношение права и обязанности на различных уровнях власти. В полной мере это распространяется и на перераспределяемые полномочия.

Основываясь на вышеуказанных представлениях о роли полномочий в формировании федеративных отношений и о правовой сущности полномочий, ниже рассматриваются основания для формирования их массива, практика перераспределения полномочий по уровням власти, соотношение полномочий и расходных обязательств, а также некоторые возможности упорядочения федеративного аспекта этой проблемы.

2. Массив полномочий Анализ массива полномочий Российской Федерации (федерального «центра»), субъектов РФ и муниципальных образований показывает, что региональная и муниципальная составляющие этого массива практически полностью установлены федеральными законами. На долю самостоятельно (в соответствии со ст. 73 Конституции РФ) сформированного и устанавливаемого региональным законодательством и муниципальными нормативными актами, а также на длю самостоятельно принятых сверх того дополнительных полномочий приходится менее 7% от общего их числа.

20 КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛИСТ. № 1-2(31-32). ЗИМА, ВЕСНА. 20 Первичная конструкция массива и распределения полномочий между органами власти создана ст.ст. 71–73 и 130–132 Конституции РФ, где как уже указывалось, был представлен перечень предметов ведения (а) Российской Федерации, (б) совместно Российской Федерации и субъектов РФ, (в) только субъектов РФ (по «остаточному принципу») и (г) «вопросов местного значения» (смысловой эквивалент федеральных и субфедеральных «предметов ведения») органов местного самоуправления с указанием на то, что эти органы могут к тому же наделяться законом отдельными государственными полномочиями. Как уже отмечалось, понятие «полномочие» не является распространённым в тексте Конституции РФ, хотя специалисты в области современного российского права обнаруживают, что там в латентной форме зафиксированы, например, 23 »основных» полномочия, два полномочия в сфере «политических отношений» и три полномочия в сфере взаимодействия с органами государственной власти, которыми наделён Президент РФ. За пределами же текста Конституции РФ, в федеральных и региональных нормативно-правовых актах «полномочия» становятся одним из их главных содержательных компонентов.

Примером выхода понятия «полномочие» из конституционной «тени»

может служить федеральный конституционный закон «О Правительстве РФ», содержащий обширную главу «Полномочия Правительства РФ», разделённую на рубрики «Общие вопросы руководства федеральными министерствами и иными федеральными органами исполнительной власти»

(ст. 12), «Общие полномочия Правительства РФ» (ст. 13), «Полномочия Правительства РФ в сфере экономики» (ст. 14), «Полномочия Правительства РФ в сфере бюджетной, финансовой, кредитной и денежной политики»

(ст. 15) и т.д. включая «Иные полномочия» (ст. 22), устанавливаемые Конституцией РФ (точнее, толкованием её отдельных положений), федеральными конституционными и обычными законами, а также указами Президента РФ. В этом же законе есть также глава IV, регламентирующая полномочия Председателя Правительства РФ по организации работы правительства, полномочия заместителей Председателя Правительства РФ и полномочия федеральных министров. Всего специалисты обнаруживают только в этом законе около сотни полномочий сверх предусмотренных гипотетическим перечнем «иных» или связанных с внутренней организацией работы членов Правительства РФ.

Хорошо известный федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ» зафиксировал перечень 75-ти самостоятельно (за исключением финансируемых субвенций) укрупнённых полномочий органов государственной власти по предметам совместного ведения и десять групп собственных полномочий. Этот же закон установил

Владимир ЛЕКСИН. Распределение полномочий…

чем (какими нормативными актами) определяется перечень полномочий этих органов, на основе чего определяется перечень полномочий региональных органов по предметам совместного ведения субъектов РФ и Российской Федерации (договоры, соглашения) по предметам ведения Российской Федерации (федеральные законы, правовые акты Президента РФ и Правительства РФ, соглашения), причём определяющие этот перечень законы, договоры и соглашения должны устанавливать права, обязанности и ответственность органов государственной власти субъектов РФ и источники финансирования осуществления соответствующих положений, причём допускается (!) возможность обращения органов власти субъектов РФ в Правительство РФ с предложениями об установлении особого порядка осуществления переданных им полномочий. Показательно, что этот закон, определяя, кто и кому передаёт полномочия и несёт ответственность за их выполнение, не содержит никаких требований к обоснованию целесообразности установления и передачи полномочий.

Кодексы и многие федеральные законы содержат отдельные разделы, формирующие перечни полномочий по предмету регулирования этих актов. Так, Градостроительный кодекс РФ в гл. 2 устанавливает десятки полномочий органов государственной власти Российской Федерации и субъектов РФ, а также органов местного самоуправления в области градостроительства, причём регламентируются различные группы полномочий в этой области органами муниципальных районов. Аналогичные положения содержат Жилищный кодекс РФ и ряд других. По отдельным группам полномочий федеральных органов государственной власти принимаются специальные законы; таков, например, Федеральный закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры народов Российской Федерации», гл. II которого определяет перечень соответствующих полномочий в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного населения (28 позиций), полномочия органов государственной власти субъектов РФ (8 позиций) и органов местного самоуправления поселений и городских округов (3 позиции).

Массив полномочий регионального и муниципального уровней расширяют и так называемые «дополнительные», то есть самостоятельно устанавливаемые субъектами РФ и муниципалитетами сверх обязательных (закреплённых нормами федеральных и региональных актов) полномочий при наличии в соответствующих бюджетах свободных средств. Такие «дополнительные» полномочия имеются у большинства органов государственной власти субъектов РФ и у ряда относительно благополучных в бюджетном отношении муниципалитетов. Исключительно широки установленные федеральным законодательством полномочия органов местного самоуправления, рассмотренные в четвёртом разделе этой статьи.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 12 |


Похожие работы:

«Республика Казахстан Товарищество с ограниченной ответственностью «Алтай полиметаллы» Экологическая и социальная политика Проект отработки месторождения «Коктасжал»Подготовлено: ТОО «PSI ENGINEERING» ТОО «Алтай полиметаллы»Контактное лицо: Республика Казахстан, г.Караганда Пешкова Екатерина Tel: +7-701-738-08-39 Fax: +7-7212-43-31-91 Email: dizarika1@mail.ru г.Караганда, 2014 год Create PDF files without this message by purchasing novaPDF printer (http://www.novapdf.com) Проект отработки...»

«8.6 Вероятный и возможный характер внутренних войн и военных конфликтов1 в 2030-х и 2050-х годах ХХ века Внутренний вооруженный конфликт является одной из форм силового разрешения социально-политических противоречий2 А. Герасимов, профессор Внутренний вооруженный конфликт, как одна из форм разрешения социально-политических противоречий, в ХХ веке постепенно трансформировался в один из вариантов (одну из форм) внешнего военного конфликта. Это произошло в силу целого ряда причин, но, прежде...»

«УТВЕРЖДАЮ Директор Департамента государственной политики и регулирования в области геологии и недропользования Минприроды России _ А.В. Орёл «_» 2014 г Директор Департамента государственной политики и регулирования в области геологии и недропользования Минприроды России А.В. Орёл утвердил 24 декабря 2014 г СОГЛАСОВАНО Директор ФГУНПП «Геологоразведка» В.В. Шиманский «_»_ 2014 г. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Научно-методического Совета по геолого-геофизическим технологиям поисков и разведки твердых полезных...»

«О государственной молодежной политике РФ. Справочный материал. Правительство Российской Федерации рассматривает государственную молодёжную политику как самостоятельное направление деятельности государства, предусматривающее формирование необходимых социальных условий инновационного развития страны, реализуемое на основе активного взаимодействия с институтами гражданского общества, общественными объединениями и молодёжными организациями. Эффективная государственная молодёжная политика – один из...»

«ФИО клиента: Код заказа: Место и роль России в современной Тема работы / вариант: геополитической картине мира Дисциплина: Геополитика среда, 21 октября 2015 г., 10:37:59 Содержание Введение 1 Основные теоретические представления геополитики о положении России в современной картине мира 2 Круг интересов внешней политики России. Основные функции внешнеполитических механизмов Заключение Список литературы Введение Актуальность данной работы заключается в том, что современная геополитика является...»

««ИНФОРМАЦИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ: ГРАНИЦЫ КОММУНИКАЦИЙ» INFO’1 INFORMATION AND EDUCATION: BORDERS OF COMMUNICATION Министерство образования и науки Российской Федерации Министерство образования, науки и молодежной политики Республики Алтай Горно-Алтайский государственный университет (Россия, г. Горно-Алтайск) Московский педагогический государственный университет (Россия, г. Москва) Новосибирский государственный педагогический университет (Россия, г. Новосибирск) Казахский национальный университет им....»

«ОХРАНА ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ ЭНЕРГИЯ ПРИРОДЫ ПРИРОДА ЭНЕРГИИ ОАО «ГАЗПРОМ»ОХРАНА ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ 2008 ОАО «ГАЗПРОМ» ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ 2008 CОДЕРЖАНИЕ Обращение к читателям заместителя Председателя Правления ОАО «Газпром» Введение Управление природоохранной деятельностью Структура системы управления природоохранной деятельностью Экологическая политика Общие положения Экологической политики ОАО «Газпром» Обязательства компании Механизмы реализации...»

«Управление по конкурентной политике Разъяснения по вопросам внедрения Стандарта развития конкуренции в субъектах Российской Федерации Информационная записка июль 2014 ИНФОРМАЦИОННАЯ ЗАПИСКА Разъяснения по вопросам внедрения Стандарта развития конкуренции в субъектах Российской Федерации Согласно поручению Первого заместителя Председателя Правительства Российской Федерации И.И. Шувалова от апреля 2014 г. № ИШ-П13-2189 пилотными регионами внедрения Стандарта развития конкуренции в субъектах...»

«УТВЕРЖДАЮ Директор Департамента государственной политики и регулирования в области геологии и недропользования Минприроды России _ А.В. Орёл «_» 2014 г Директор Департамента государственной политики и регулирования в области геологии и недропользования Минприроды России А.В. Орёл утвердил 7 августа 2014 г СОГЛАСОВАНО Директор ФГУНПП «Геологоразведка» В.В. Шиманский «_»_ 2014 г. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Научно-методического Совета по геолого-геофизическим технологиям поисков и разведки твердых полезных...»

«ONG „Drumul Speranei” ВИЧ/СПИД в Республике Молдова Кишинев – 2006 Оглавление Введение 3 ВИЧ-инфекция/СПИД в Восточной Европе и Центральной 1. Азии (территория бывшего Советского Союза), ситуация в 5 мире Общие сведения о Молдове 2. 7 ВИЧ-инфекция/СПИД в Молдове 3. 11 Законодательство РМ по проблемам ВИЧ-инфекции/СПИДа 4. 18 Международные и неправительственные организации, 5. включенные в борьбу с ВИЧ-инфекцией/СПИДом 22 Введение Эпидемия СПИДа представляет собой особый вид кризиса; это...»

«Министерство региональной политики Новосибирской области Государственное бюджетное учреждение Новосибирской области «Дом молодежи» Региональная общественная организация «Ассоциация патриотических организаций Новосибирской области «ПАТРИОТ» ПОЛОЖЕНИЯ основных мероприятий патриотической направленности, реализуемых в 2015 году в рамках ОБЛАСТНОГО МЕЖВЕДОМСТВЕННОГО ПРОЕКТА «ПАТРИОТ» Новосибирская область, 2015 год СОДЕРЖАНИЕ Положение областного историко-просветительского проекта «Знамя Победы», 3...»

«Проект ежегодного доклада О деятельности Уполномоченного по правам ребенка в Краснодарском крае, о соблюдении и защите прав, свобод и законных интересов ребенка в Краснодарском крае в 2012 году Введение В последнее десятилетие обеспечение благополучного и защищенного детства стало одним из основных национальных приоритетов России. В ежегодных посланиях Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации ставятся задачи по разработке современной и эффективной...»

«ВЕСТНИК ЕКАТЕРИНБУРГСКОЙ ДУХОВНОЙ СЕМИНАРИИ По благословению Высокопреосвященного КИРИЛЛА, митрополита Екатеринбургского и Верхотурского ЕКАтЕРИнбуРгсКАя ДухоВнАя сЕмИнАРИя ВЕСТНИК ЕКАТЕРИНБУРГСКОЙ ДУХОВНОЙ СЕМИНАРИИ Выпуск 1(7) / Екатеринбург УДК 27-1(051) ББК 86. В одобрено синодальным информационным отделом Русской Православной Церкви. свидетельство № 200 от 8 февраля 2012 г. РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ Главный редактор: протоиерей николай малета, первый проректор Научный редактор: канд. богосл.,...»

«КОМИТЕТ ГРАЖДАНСКИХ ИНИЦИАТИВ Аналитический доклад № 2 по долгосрочному наблюдению выборов 13.09.201 ОСОБЕННОСТИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО ОТБОРА КАНДИДАТОВ И ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ АГИТАЦИЯ В ХОДЕ КАМПАНИИ ПО ВЫБОРАМ 13 СЕНТЯБРЯ ГОДА В рамках проекта мониторинга избирательной кампании по региональным и местным выборам, назначенным на 13 сентября 2015 года, экспертами Комитета гражданских инициатив (КГИ) подготовлен аналитический обзор основных тенденций данной избирательной кампании, связанных с особенностями...»

«Каф ед ра Социологии Меж ду нар од ны х От но шени й Социологи ческого фак ул ьте та М Г У имени М.В. Ломоносо в а Геополитика Ин ф о р м а ц и о н н о а н а л и т и ч е с ко е и з д а н и е Тема выпуска: Война В ы п у с к XXI Моск ва 2013 г. Геополитика. Информационно-аналитическое издание. Выпуск XXI, 2013. — 162 стр. Печатается по решению кафедры Социологии Международных Отношений Социологического факультета МГУ им М. В. Ломоносова. Главный редактор: Савин Л. В. Научно-редакционный совет:...»

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОЦИАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Управление молодежной политики, информации и общественных связей РГСУ г. Москва, ул. Стромынка, 18, к.301 +7(499) 269 06 01 ОБЗОР ПРЕССЫ ЗА «24» мая 2011г. на 19 листах СОДЕРЖАНИЕ СТР РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОЦИАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ МОСКВА V МЕЖДУНАРОДНЫЙ МОЛОДЕЖНЫЙ ФОРУМ «ВЕРА И ДЕЛО» ОТКРЫЛСЯ 21 МАЯ В РОССИЙСКОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ СОЦИАЛЬНОМ УНИВЕРСИТЕТЕ. ГЛАВНОЙ ЗАДАЧЕЙ ФОРУМА СТАЛО ОБСУЖДЕНИЕ КОНЦЕПЦИИ МОЛОДЕЖНОЙ РАБОТЫ НА ПРИХОДАХ И...»

«OECD OCDE Европейская Комиссия в сотрудничестве с Секретариатом специальной рабочей группы ОЭСР по реализации НПДООС Проект: SCRE/111232/C/SV/WW Оказание содействия реализации экологической политики и НПДООС в ННГ Финансовая стратегия для сектора обращения с комунальными отходами в Ярославско области Итоговый отчет Май, 2003 г Опубликовано в мае 2003 г. Авторское право 2003 г. Европомощь, Европейской Комиссии Запросы относительно копирования направлять в информационный офис ТАСИС, Европейская...»

«ВСЕРОССИЙСКАЯ ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ ПО ОБЩЕСТВОЗНАНИЮ 2015–2016 уч. г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ЭТАП 11 класс Методика оценивания выполнения олимпиадных заданий «ДА» или «НЕТ»? Если Вы согласны с утверждением, напишите «ДА», 1. если не согласны «НЕТ». Внесите свои ответы в таблицу в бланке работы. Естественное состояние общества, по мнению Т. Гоббса, являлось 1. «золотым веком» человечества. Толпа является коллективным политическим актором. 2. Люди, стоящие в одной очереди за билетом в метро, составляют 3....»

«Андрей Пионтковский ТреТий пуТь.к рабсТву Андрей Пионтковский Третий путь.к рабству Этот текст может копироваться и распространяться как целиком, так и отдельными частями на любом носителе и в любом формате для некоммерческих целей при условии обязательной ссылки на автора данного произведения. Андрей Пионтковский  — пожалуй, самый яркий пуб лицист и  наиболее востребованный аналитик совре менной России. Его публикаций ждут с  нетерпением политики и бизнесмены, он интересен интеллектуалам...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ НОВГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ РАСПОРЯЖЕНИЕ 01.10.2012 № 329-рз Великий Новгород Об утверждении Стратегии действий в интересах детей в Новгородской области на 2012-2017 годы В соответствии с Национальной стратегией действий в интересах детей на 2012-2017 годы, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 1 июня 2012 года № 761:1. Утвердить прилагаемую Стратегию действий в интересах детей в Новгородской области на 2012-2017 годы. 2. Опубликовать распоряжение в газете «Новгородские...»







 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.